Аревин размышлял, что младшему отцу Стэвина повезло, что ему не пришлось самому расплачиваться за свою ошибку. Ему-то повезло, а вот Снейк – нет. Аревин хотел бы, чтобы у него были добрые вести, которые он мог бы передать ей при встрече. Но он мог бы лишь сказать: «Я пытался объяснить, я пытался заставить твоих людей понять страх моих сородичей. Но они ничего не ответили мне: они хотят видеть тебя. Они хотят, чтобы ты вернулась домой».
На краю луга ему что-то послышалось, и он остановился. Тишина была от самого его присутствия, она окружала его со всех сторон и отличалась от молчания пустыни.
«Мне уже начинают чудиться звуки, – подумал он, – так же как по ночам прикосновения Снейк».
Но потом из-за стоявших впереди деревьев он услышал топот копыт каких-то животных. Показалась небольшая стайка изящных горных оленей, они скакали в его сторону к прогалине, их тоненькие, как прутики, ножки часто белели в воздухе, длинные гибкие шеи высоко выгибались над телом.
По сравнению с огромными мускусными буйволами, которых пасли в клане Аревина, эти хрупкие олени были как игрушки. Они скакали почти безмолвно, подгоняемые лошадьми с пастухами верхом. Его лошадь, единственная в своем роде, заржала.
Пастухи, размахивая руками, подъехали к нему и натянули поводья, чтобы картинно остановить своих лошадей. Оба они были подростками, с бронзовой от солнца кожей и коротко подстриженными светлыми волосами, похожие с виду на братьев. В Горной Стороне Аревин неловко чувствовал себя в пустынной одежде – наверное, из-за этого люди приняли его за сумасшедшего. Он не счел необходимым менять свою манеру одеваться, после того как прояснил свои намерения. Но сейчас двое детишек с минуту смотрели на него, потом переглянулись и захихикали. Он подумал, а не стоит ли ему купить себе новую одежду. Но у него было мало денег, и он не хотел тратить их на то, что не было совершенно необходимым.
– Ты давно уже свернул с торговой дороги, – сказал старший пастушок. Тон его был не враждебный, но деловитый. – Тебе нужна какая-нибудь помощь?
– Нет, – ответил Аревин. – Но я благодарю тебя. – Их оленье стадо кружилось вокруг него, издавая звуки общения друг с другом, больше похожие на щебет птиц, чем на голоса копытных животных. Младшая пастушка вдруг гикнула и замахала руками. Олени рассыпались по всем направлениям. Еще одно различие между этим стадом и стадом Аревина: в ответ на размахивание всадником руками мускусные быки собрались бы в кучу и посмотрели, в чем дело.
– О господи, Джин, ты распугаешь все вокруг до Горной Стороны. – Но, похоже, паренька не очень волновали олени, да они и в самом деле снова сбились в маленькую стайку чуть ниже по тропе. Аревин в очередной раз был поражен готовностью в этой стране называть свои имена, но предположил, что ему лучше бы привыкнуть к этому обычаю.
– Но я не могу больше смотреть на этих зверей у меня под ногами, – сказала она и улыбнулась Аревину. – Так приятно увидеть новое человеческое лицо после того, как видишь только деревья и оленей. И еще моего брата.
– Значит, на тропе ты больше никого не видела? – Это было больше утверждением, чем вопросом. Если Снейк вернулась из Центра и пастухи встретили ее, было бы гораздо благоразумнее им всем ехать дальше вместе.
– А что? Ты кого-то ищешь? – Молодой человек произнес это подозрительно, а может, и просто враждебно. Встретил ли он Снейк, в конце концов? Аревин тоже мог бы задавать дерзкие вопросы, чтобы охранять целительницу. А он бы сделал для Снейк гораздо больше.
– Да, – ответил он. – Целительницу. Мою подругу. У нее серая лошадь, а еще с ней тигровый пони и ребенок. Она должна возвращаться на север из пустыни.
– Однако она не вернулась.
– Джин!
Джин хмуро посмотрела на брата:
– Кев, он не похож на человека, который может навредить ей. Может, она нужна ему для какого-нибудь больного.
– А его дружки, может быть, с тем сумасшедшим, – сказал брат.
– Почему ты ее разыскиваешь?
– Я друг целительницы, – повторил встревоженный Аревин. – Вы видели сумасшедшего? Снейк в безопасности?
– Этот нормальный, – сказала Джин Кеву.
– Он не ответил на мой вопрос.
– Он же сказал, что ее друг. Наверное, остальное – не твое дело.
– Нет, твой брат имеет право задавать мне вопросы, – сказал Аревин. – А может, и обязан. Я ищу Снейк, потому что сказал ей свое имя.
– А как твое имя?
– Кев! – потрясенно воскликнула Джин.
В первый раз с момента, когда он встретил этих двоих, Аревин улыбнулся. Он уже начинал свыкаться с грубыми обычаями.
– А это я ни одному из вас не скажу, – вежливо произнес он.
Кев смущенно нахмурился.
– Мы лучше знаем, – сказала Джин. – Мы здесь все время одни, без никого.
– Снейк возвращается, – слегка натянутым от радости и волнения голосом воскликнул Аревин. – Вы ее видели. Когда?
– Вчера, – сказал Кев. – Но она возвращается не этой дорогой.
– Она идет на юг, – сказала Джин.
– На юг!
Джин кивнула:
– Мы были здесь, наверху, чтобы собрать стадо до того, как пойдет снег. Мы встретили ее, когда спустились с верхнего пастбища. Она купила одну из вьючных лошадей для сумасшедшего.
