Я была благодарна Владу за эту короткую снежную прогулку. Она помогла мне немного прийти в себя и чуть-чуть улучшила настроение. В лицей я приехала успокоившаяся, с единственным желанием: как можно быстрее добраться до кровати и уснуть. Осталось лишь слабое беспокойство за Яна, который был один в склепе, но я прекрасно понимала, что парень прекрасно справится сам, и наша помощь ему вряд ли пригодится. Скорее всего, он тоже уже в лицее. Давным-давно спит и даже не вспоминает обо мне.
С этими мыслями я прокралась по темному коридору к себе в комнату и с наслаждением рухнула на кровать, вырубившись даже раньше, чем щека коснулась подушки.
Следующее утро, в отличие от минувшего дня, началось в спокойной, дружелюбной и почти домашней атмосфере. Когда я проснулась, Ксюха сидела на диване, скрестив по-турецки ноги, и из большой кружки пила кофе. Будоражащий ноздри аромат расползался по комнате, моя соседка жмурилась от удовольствия и лениво перелистывала страницы толстого глянцевого журнала – совсем нетипичное для нее чтение.
– А, проснулась? – жизнерадостно поинтересовалась она и улыбнулась.
Я медленно кивнула и осторожно улыбнулась в ответ, вспоминая о том, что в последний раз, когда мы виделись, я сбежала. После того, как чуть ее не убила.
Ксюха ничего не помнила, но мне-то от этого было не легче. Впрочем, последняя встреча, которую помнила моя соседка, тоже завершилась не лучшим образом. Мы серьезно поругались и наговорили друг другу кучу гадостей. Но сегодня Ксюха, видимо, решила не поминать былое.
– Ну ты и горазда дрыхнуть в последнее время, Алина! – укоризненно покачала головой Ксюша. – Впрочем, я вчера тоже проспала до вечера. Ты почему меня не разбудила?
– Не знаю. – Я смущенно пожала плечами, чувствуя, что краснею, и поспешно поднялась с кровати.
Ксюха по-своему истолковала мою неловкость.
– Эй! Ты до сих пор на меня обижаешься, да? Поэтому не стала вчера будить?
– Нет! – воскликнула я, удивившись нелепости предположения. – Просто переживала, что ты сама на меня злишься. Решила вчера не испытывать судьбу, вот и смоталась, пока ты не проснулась… – Я смущенно опустила глаза.
– Да ладно! Я не обидчивая, – отмахнулась Ксюха и сменила тему: – Ну что, мы пойдем завтракать?
– А есть смысл? – уныло спросила я, поглядывая на часы, которые показывали полдень. – Через полчаса обед!
«А Ян уже давно, наверное, ждет в библиотеке», – мысленно добавила я и выругалась про себя. Он не позвонил. Кто знает, вдруг с ним что-то случилось? Вдруг он не добрался до лицея вечера вечером?
Я с трудом удержалась от того, чтобы набрать его номер. Умом понимала, что Ян не особо нуждается в моей помощи. Вот и не позвонил. Но неприятный червячок сомнения все же грыз изнутри, пока я принимала душ, расчесывалась и наносила макияж, призванный замаскировать круги под глазами.
Последние месяцы меня вымотали. Я похудела и осунулась. Многие сочли бы мою худобу привлекательной, но мне самой она казалась излишней. В те редкие выходные, когда я приезжала домой, мама пугалась и кормила меня в усиленном режиме, но дело было не в еде, а в возросших физических нагрузках и постоянном стрессе. В лицее все худели. Если, конечно, не начинали заедать неприятности вкусными булками из буфета. Впрочем, мне даже булки не помогали.
Из зеркала смотрело практически незнакомое взлохмаченное существо. Исчезла детская припухлость щек, скулы стали четче, подбородок заострился, на похудевшем лице выделялись глаза. Они казались просто огромными и неестественно зелеными, словно два сверкающих изумруда.
Я накрасила ресницы, покрыла губы блеском и начала плести косу, но потом вспомнила тихие слова Яна про то, что мне идут распущенные волосы. Немного подумала и провела щеткой по длинной, немного волнистой гриве. От природы волосы у меня были абсолютно прямыми, но еще влажными я заплетала их в косу, и поэтому на распущенных высохших оставалась легкая волна.
В библиотеку к Яну я решила пойти после обеда. Сбежала от Ксюхи, сказав, что меня вызвала к себе Елена Владленовна, и накаркала, потому как помощница директора поймала меня в коридоре буквально через сто метров. Стоило невероятных усилий не вцепиться в ее идеально накрашенное приветливое лицо, но Ян и Влад просили держать в тайне то, что я видела гуны и догадалась о том, что сотворила со мной Елена Владленовна. Пришлось растянуть губы в притворной улыбке и понадеяться, что она не очень похожа на оскал.
– Алиночка, а ты, случайно, не видела Влада? – защебетала помощница директора и легко удержала меня за запястье холеной ручкой с алыми острыми коготками. Приторно-сладкий запах ее дорогих духов обволакивал, и я немного отстранилась, пытаясь выбраться из удушающего плена.
– Нет, – нахмурившись, ответила я. – Вашими стараниями в последнее время мы практически не общаемся. И я не слежу за его передвижениями.
