Я слишком хорошо помнила пустой, покорный взгляд инспектора МЧС, который должен был искать змею-убийцу в наших лесах. А что, если помощница директора загипнотизировала и Георгия Романовича?
Голова разболелась сильнее, и я поняла, что просто не могу думать на эту тему дальше.
«Утро вечера мудренее», – заключила я и снова улеглась на кровать, решив завтра еще раз поговорить с Георгием Романовичем. Если он не переменит своего решения, попрошу у него номер телефона Машиных родителей, тот, по которому он якобы дозвонился, и попробую поговорить с ними самостоятельно. Возможно, я и правда надумываю, а на самом деле все проще и логичнее?
Но я в это не верила. Предчувствие убеждало меня в обратном.
Не знаю, до скольких я бы проспала, если бы с утра меня не разбудила обеспокоенная Ксюха.
– Ты спала так крепко, что даже не проснулась, когда я пришла вчера вечером, – поделилась она, присаживаясь на край кровати. – Если хочешь, могу сказать Зинаиде Никифоровне, что ты плохо себя чувствуешь. Уверена, она поймет. Все знают, что вы с Владом и Георгием Романовичем вчера попали в аварию.
– Вероника очень бесится? – пробормотала я, чувствуя, что действительно никуда не хочу идти. Все тело болело, особенно ушибленный накануне локоть, а в голове было пусто-пусто.
– Ну а ты как думаешь? – пожала плечами Ксюха. – Именно поэтому тебе лучше сегодня не высовываться. Вероника на тебя сильно злится, считает, что ты снова втянула Влада в неприятности. Вечером вообще была не в себе. Кричала, угрожала!
– Снова? – хмыкнула я.
– Да какая разница, Алина? Влад вчера так и не вернулся, уехал в автосервис и исчез. Вероника переволновалась, надумала себе кучу всего. А тебя она просто не любит. Вот отсюда и такое поведение. Она девушка эмоциональная. Ее лучше не злить.
– Ну и наплевать на нее, – отмахнулась я. – Все равно сегодня никуда не хочу идти. Скажи Зинаиде Никифоровне, что меня на занятиях не будет. Лучше как следует высплюсь. А то как вспомню вчерашнюю поездку, начинает трясти. Я до этого ни разу не попадала в автокатастрофу. У меня вся жизнь перед глазами пронеслась. До сих пор не могу поверить, что все это правда. Ладно хоть Владленовна не стала звонить родителям.
Меня действительно снова начало трясти. Но не столько из-за воспоминаний об аварии, сколько от осознания того, что кто-то намеренно ставит мне палки в колеса. Даже авария вполне может оказаться подстроенной. Мысль об этом заставляла задыхаться от страха.
Ксюха ушла, а я тут же поднялась с кровати, потому что и не думала спать. За вчерашний вечер и всю ночь я выспалась дня на три вперед. Хотелось с утра пораньше, без свидетелей, найти Георгия Романовича и еще раз с ним поговорить. Я пока не стала сообщать о своих подозрениях подруге – переживала, что она в силу природной горячности наворотит непоправимых дел. Ксюха могла, не задумываясь, ввязаться в какую-нибудь рисковую глупость. Хотелось разобраться во всем самой, прежде чем втягивать подругу в очередные неприятности.
Я неторопливо погладила выстиранную белую блузку, натянула клетчатую юбку и, дождавшись звонка на первую пару, вышла в опустевший коридор. Лицеисты, у которых были занятия, прилежно учились, а остальные еще не проснулись. Поэтому по дороге на третий этаж мне не встретилось ни единой живой души.
Сначала я сомневалась, стоит ли идти к Георгию Романовичу в комнату. Достаточно ли это прилично и вообще, как он отреагирует на подобный визит? Но потом вспомнила, что он сам пришел вчера и даже видел мою смешную детскую пижаму. А значит, и я могу позволить себе постучаться в дверь его комнаты.
Я постучала несколько раз, потом немного постояла, прежде чем поняла, что в комнате преподавателя нет. А значит, все мои душевные терзания были напрасны.
– Да что же это за невезуха! – пробормотала я себе под нос и, не удержавшись, покосилась на дверь в комнату Влада. Соблазн зайти и проверить, как он там, был велик, но я помнила наш разговор и мужественно держалась на расстоянии.
Чтобы не искушать себя дальше, я развернулась и направилась к лестнице, стараясь не думать о том, что там делает Влад и как у него дела.
Видимо, Георгия Романовича придется искать в учебном корпусе или столовой. Я надеялась, что у него сейчас нет пар и не придется ждать их окончания.
– Что ты здесь делаешь?
С Вероникой мы столкнулись на лестнице, буквально нос к носу. Подружка Влада поднималась наверх. Черные волосы блестящей волной рассыпались по плечам, верхняя пуговка на белоснежной блузке расстегнута и обнажает смуглую гладкую кожу шеи и кулон-змейку на тонкой золотой цепочке. Это украшение появилось у девушки недавно.
«Не иначе как подарок Влада», – кольнула ревность.
