– Как будто на сегодня у нас мало неприятных историй. И ты себе противоречишь. Сама же только что говорила: Зигфрид не маленький мальчик. Он знает, что делает, – проворчал Манфред, заключая жену в объятья. – А вообще, поживем – увидим. Магистр Дитер не сильно нравится монсеньору.
– Я тебя только чуточку поправлю, дорогой. Я очень сильно надеюсь, что Зигфрид знает, что делает. Конрад никогда особо не доверял магам. – Гизела отвернулась. – Я ожидала, что он приструнит нашего толстяка.
– Вот оно что. – Манфред взял жену за подбородок и внимательно посмотрел ей в глаза. – Будь благоразумна, девочка. Зигфрид, конечно, чтит память брата, но ему вряд ли понравятся попреки и сравнения в его сторону. Конрад умер, и мы ничего не можем поделать.
– Знаю, знаю, – буркнула Гизела, дергая головой. – Ты мне шею свернешь, Манфред. Не то, чтобы я не любила магов. Скорее, всегда их побаивалась. С нашим толстяком я давно смирилась, в конце концов, он служил Зигмунду. И старый магистр Андреас был довольно мил. Помнишь его?
Манфред открыл рот, но в последнюю секунду закашлялся и произнес довольно сбивчиво:
– Конечно, помню. И э-э… я считаю, что ты совершенно права. Пожалуй, посоветую Зигфриду поискать невесту за границей.
Гизела чуть сощурила глаза.
– Сдается мне, совсем не это ты хотел сказать, дорогой. Хотелось бы знать, какие у тебя там тайны – Она отмахнулась от его возмущенных жестов. – Впрочем, я подожду, пока ты сам не выдержишь.
– Ох, и подозрительная же ты, девочка.
– Как же иначе. В нашем мире только это и спасает.
Кьяра была в отчаянии. Зигфрид обнимал ее, вопреки всему испытывая невероятное счастье. Ее волосы, ее мокрое лицо, прижатое к его плечу, ее руки, вцепившиеся в его спину. Только бы она не увидела глупую улыбку на его лице. И это в то время, когда он должен скорбеть по Конраду.
– Ведь есть еще надежда? Он мог выплыть…
– Мы будем продолжать поиски, – шепнул Зигфрид, гладя ее по голове. – Все уладится.
Кьяра всхлипнула и подняла к нему свое лицо.
– Ты улыбаешься?
– Что ты? Тебе показалось – это игра теней. – Его рука скользнула в ее волосы, притянула ближе, так, что их губы оказались совсем рядом. Кьяра шумно вздохнула, но не отстранилась. Зигфрид другой рукой обнял ее за талию и поцеловал. Сначала просто легко коснулся ее губ, но от этого мимолетного касания тело, как бритвой, полоснуло возбуждение, и он прижался к ее губам сильнее и углубил поцелуй. Когда Кьяра ответила, его окончательно захлестнуло желание, и очнулся он уже в своей кровати. Тело чувствовало чужую тяжесть, лежащую на нем. Зигфрид потянулся в полной уверенности, что Кьяра вернулась, и все действительно уладилось. И он сейчас обнимет ее и никогда больше не отпустит. Но ладонь коснулась чего-то непонятного и чешуйчатого.
– Не кричи. Здессь не кричат.
Узкая серая мордочка змеи уютно устроилась на его груди, прозрачные глаза, в глубине которых плясало пламя, с любопытством смотрели ему в лицо. Если, конечно, змеи способны испытывать любопытство. Зигфрид покосился вниз – тяжелое чешуйчатое тело с пестрым серым узором обвилось вокруг его бедер.
– Я не проснулся? – спросил у змеи Зигфрид. Странно, что сон продолжается в его собственной комнате и кровати. При этом начинался он, как всегда, с действительных событий жизни. Именно так когда-то случилась его первая близость с Кьярой – под ее слезы по утонувшему Конраду.
– Нет. Ты же разговариваешь со мной. – Змея щекотно коснулась раздвоенным язычком, и Зигфрид почесал подбородок. – Ты хорошо пахнешшь.
– Кто ты?
– И не помнишь меня.
– Это не удивительно. Никогда не встречал говорящих змей.
– И не мог. Но сейчас ты в другом мессте. Я тебя помню. И девушку помню.
Девушку? Зигфрид дернулся, чтобы сесть. Змея с тихим шипением отползла в сторону и свернулась клубком на кровати рядом. Как у себя дома. Впрочем, если это сон, то она и есть у себя дома. В отличие от него.
– Кьяра… – сказал Зигфрид. – Она была здесь. Она расстроилась из-за Конрада. Или нет? – он огляделся.
– Не поняла вопросса, – отозвалась змея.
– А тебя надо спрашивать? – быстро посмотрел на нее Зигфрид.
– Как с вами тяжело. Пойдем к Кьяре. – Змея соскользнула с кровати.
Зигфрид, не понимая, почему он не удивляется, последовал ее примеру. Наверное, желание увидеть Кьяру побеждало всю невероятность того, что с ним происходило. Они вышли за дверь комнаты и сразу же оказались в другом помещении. Но не в Морской Длани. Комната была небольшая и просто обставленная, а за открытыми ставнями окон виднелись городские огни.
– Это столица? – догадался Зигфрид.
– Да.
– Но здесь нет Кьяры.
– Сейчас нет. Но она живет здессь.
Зигфрид осмотрел стандартную комнатку столичного трактира. И хорошо подумал перед тем, как задать новый вопрос.
– Почему я ее не вижу?
– Она не сспит.
Зигфрид сосредоточенно нахмурился.
– Я могу видеть тех, кого хочу, но кто спит со мной в одно время?
– Да.
– Если они не спят, я могу видеть только место или что-то другое, связанное с ними?
– Да.
Зигфрид улыбнулся.
– А ты мой проводник?
– Да.
