Лица были не похожи друг на друга, разрез глаз, цвет кожи и волос, прически, украшения и платья — даже на балу она не видела, насколько отличаются между собой представители знати разных земель. Она встретилась с горячим взглядом Даора Кариона и мигом опустила глаза, почувствовав уже знакомое волнение с привкусом страха. Келлан стоял у нее за спиной, она чувствовала его присутствие кожей. Он молчал, но был рядом, как и обещал, и Алана позволила себе обернуться и найти его напряженное лицо глазами. Он тоже смотрел на черного герцога, но тут же перевел на нее взгляд и улыбнулся только самыми уголками губ, будто напоминая ей о только им одним известном секрете.
Она снова набрала полную грудь воздуха и повернулась к столу, во главе которого стояла, затем сделала небольшой шаг назад.
— Приветствую вас, — тихо присела Алана в реверансе, избегая смотреть в глаза первым людям Империи. Они следили за каждым ее жестом, и Алана чувствовала себя на сцене, да еще и голой впридачу. И ей очень, очень страшно было забыть текст, споткнуться или сделать что-то нелепое. Казалось, весь свет теперь направлен на нее.
В ответ раздались изумленные нестройные приветствия, но большинство герцогов промолчали, а сказанное было произнесено так тихо, что Алана даже не смогла различить слов. Она умоляюще посмотрела на директора Сина, надеясь, тот скажет, что делать, и он указал ей на стул с высокой спинкой по левую руку от себя. Алана села, все так же избегая смотреть в лица. Щеки ее горели, дыхание рвалось из слишком тесной груди.
Даор Карион сидел прямо напротив нее. Она знала, что он смотрит, всем телом ощущала, как все его внимание было приковано к ней, и это было жутко и сладко одновременно.
Келлан сжал ее руку под столом, Алана благодарно шевельнула пальцами в ответ.
Высокий седой мужчина лет шестидесяти, в кожаной одежде, сильно отличавшейся от праздничных камзолов и платьев остальных, с волосами, заплетенными в косы, и хмурым обветренным лицом поднялся и громко спросил:
— Директор Син, и зачем же вы привели ее сюда? Что делать девчонке на военном совете? Вы что же, ищете ей мужа? Я удивлен, что вы решили представить ее нам в такой момент.
Голос Келлана ворвался в разум Аланы, и она от неожиданности повернулась к нему, а после коротко кивнула, сжимая его руку.
— Герцог Сфатион, — спокойно ответил Син. — Пожалуйста, сядьте. Тамалания здесь потому, что я посчитал момент подходящим. И я хочу воздержаться от дальнейших обсуждений. Предлагаю вам сделать то же.
Сфатион Теренер шумно опустился в кресло, оперся на стол локтями, переводя тяжелый взгляд прищуренных глаз то на Сина, то на Алану, и замолчал.
— Это неожиданность для многих из нас, — негромко сказал Келлфер, сидевший сразу за Келланом.
— Доказательства, — спокойно проговорила красивая немолодая женщина с высокой, увешанной жемчугом прической из золотых кудрей. — Не соглашусь с герцогом Сфатионом, если вы позволите. — Она кивнула красному герцогу, но ее внимательные глаза изучали Алану. — Появление наследницы Белых земель — важное событие абсолютно в любой момент. Особенно сейчас.
Алана на секунду забыла о своем незавидном положении и засмотрелась на красивые породистые лица с тонкими чертами. Рианон! Да это же отец Хелки!
— Наследование земель и титула — сложный процесс, — раздался спокойный голос Сина. — Сейчас титул пожалован императором Вестеру Вертерхарду как старшему отпрыску семьи Вертерхардов. Разница в возрасте между ним и Тамаланией совсем небольшая, однако ее достаточно. Кроме того, Тамалания начинает обучение в Приюте, а оно редко длится меньше пятидесяти лет.
