— Да, простите. Там мы встретили Юорию Карион. Он оглушил ее, и затем мы вернулись в Приют.
— И все?
— Скажите, что еще пояснить, я постараюсь вспомнить.
— Пустыня была необитаемой?
— Да, только песок и барханы, людей или строений я не видела.
— Кариону сложно было открывать портал оттуда?
Алана подавила смешок, вспомнив, как рутинно герцог совершал действие, которое та же Хелки считала невозможным, — просто поднимая руку.
— Нет, мне так не показалось.
— Вы сразу попали в Муунхагве?
— Разве портал может работать иначе? — не поняла Алана.
— Пар-оольские артефактологи создали маяки, которые притягивают тех, кто идет между пространственными пластами, — не слишком понятно объяснил директор. — Чтобы выйти и не вернуться в ту же точку, Кариону нужно было сломать маяк, который ловил вас. Ты помнишь, как он что-нибудь ломал?
— Нет, — помотала головой Алана. — И мы точно не возвращались в пустыню.
— Вы долго были там?
— Несколько мгновений.
И снова так некстати вспыхнуло в памяти, как черный герцог нежно поддержал ее, с непривычки потерявшую равновесие, за плечи и как посмотрел прямо в глаза, спрашивая, все ли хорошо, и только после того, как Алана неуверенно кивнула, открыл следующий проем, куда ввел ее почти что за руку. Сейчас эти воспоминания уже не грели: черный герцог точно знал, что делает, заманивая дурочку в свои сети. Алана растравливала себя все больше, наказывая, истязая за ту глупость, в которую почти поверила.
— В Пар-ооле Карион общался с местными? — прервал ее размышления директор.
— Мы попали в лавку тканей, где и была Юория Карион. — Имя скрипело на зубах, как песок, отзывалось уколом в сердце. — Хозяйка лавки… просила ее пощадить. Она убежала, черный герцог с ней не говорил. И он оглушил двух воинов, но тоже без разговоров. И еще рабыня Юории Карион просила не трогать госпожу.
— Эта рабыня вернулась с вами. — И снова директор утверждал. — Апудо.
— Да. Черный герцог сказал ей, что не причинит Юории Карион вреда. По крайней мере, не сегодня — так он сказал.
— Хорошо.
Казалось, что директор, на плечах которого лежало больше, чем Алана могла себе представить, немного расслабился. И то чувство проносящейся рядом холодной стали, которое все время сбивало Алану с толку, будто притухло. Но само то, с какой внимательностью директор расспрашивал ее о Даоре Карионе, разбередило в ней и так сильное сомнение:
— Почему вы пытаетесь узнать, не говорил ли он с пар-оольцами? Думаете, герцог Карион помогает им?
Син подождал пару секунд, будто решал, стоит ли отвечать вообще. Наконец он вздохнул:
— Я не знаю, но склоняюсь к мысли, что нет. Даор Карион преследует собственные цели, но вряд ли они могут быть общими с целями Пар-оола.
— Но ведь вы почему-то подумали так, — настойчиво переспросила Алана.
— Потому что Пар-оол умолял его о дружбе, и мне неизвестно, согласился ли он или отказался.
— Зачем кому-то дружба с Пар-оолом?
— Алана, ты еще очень молода и весьма наивна, — спокойно сказал директор, будто описывал цвет неба. — Многие помогают Пар-оолу, и причин десятки. Власть, сила и все то, что может предложить таинственный учитель артефакторики, из рук которого вышли самые великолепные по технике и чудовищные по своему смыслу амулеты, что нам когда-либо встречались.
— Вы думаете, Даор Карион мог хотеть знаний? — не заметив, что назвала черного герцога по имени, выдохнула Алана. — Я знаю, что о нем говорят.
— Что? — слегка приподнял брови директор.
— Что черный герцог занимается артефактами. Он мне много рассказывал о магии, — выпалила Алана, надеясь на совет: все же директор Син заслуживал намного больше доверия, чем никак не выходивший из ума мужчина. — Я сейчас всего не вспомню. Думаете, он мог мне лгать?
Синие глаза директора блеснули:
— Он предлагал тебе знания? В обмен на что?
— Он ничего не просил, — тихо сказала Алана, боясь говорить о сделке, раньше показавшейся ей шутливой, а сейчас — куда более опасной. Секрета Даор Карион ей так и не рассказал, но она слишком боялась за Келлана, чтобы упоминать даже о самом соглашении. — И ничего не предлагал. Я спрашивала, а он отвечал.
— Будь очень осторожна, соглашаясь на что-то, предложенное им, и тем более не давай никаких обещаний, — с нажимом сказал директор Син. — Ты и так уже приняла его защиту. Если загонишь себя в еще больший долг, даже я не смогу тебя укрыть, захоти Карион расплаты.
— Он может что-то потребовать за защиту? — дрожащим голосом уточнила Алана. Если так, то все вставало на свои места и вся забота этого бессердечного человека была понятна.
— Может, — ответил директор прямо. — Но тебе не стоит бояться лишний раз: он уже спас тебе жизнь, больше этого долга ты не наберешь, даже если герцог Карион спасет ее еще трижды. Постарайся только ничего ему не обещать, хорошо?
— Свет, я так влипла… — прошептала Алана.
— Не так серьезно, как тебе кажется, — неожиданно улыбнулся суровый директор. — Карион может потребовать защитить его, когда его жизни будет грозить опасность, а твое вмешательство может переломить ход событий. Тогда придется подчиниться. Согласись, ситуация маловероятная.
