Роберт не стал делать вид, что не понимает, о чем речь. Он медленно, словно его ноги могли затечь, поднялся и воззрился на Даора. Затем перевел взгляд на Алану. Что-то в его лице дрогнуло, и, вместо того чтобы отправиться за артефактом, он спросил:
— Алана, все в порядке?
Искренняя забота, прозвучавшая в его голосе, одновременно обрадовала и разъярила Даора.
— Считаешь, что я причиняю ей вред? — холодно осведомился он.
Но Роберт не дрогнул, кивнув:
— Она белая как мел и напугана. Что бы вы ни делали ей плохого, герцог Карион, стоит прекратить, иначе я буду вынужден вмешаться.
— Ты чересчур самоуверен, — усмехнулся Даор. — Ты мне не противник.
— Конечно, — неожиданно согласился Роберт. — Но я все-таки поговорю с Аланой, если вы, конечно, не против.
Алана тут же подбежала к директору. Даор со сжимающимся сердцем увидел облегчение на ее лице.
— Может быть, и выставить меня рискнешь?
— Разумеется, я не посмею даже намекать, — ответил Роберт ровно. — Я вам не противник, вы сами сказали. Мы поговорим тут, при вас.
И он положил руки на виски девочки в знакомом Даору жесте: мысленный разговор обычно требовал такого контакта. Алана не вздрогнула, немало удивив герцога, — обычно подобный трюк сбивал с толку тех, кто еще не слышал чужие мысли внутри своего разума. Но Алана только улыбнулась, а потом зажмурилась, сосредоточиваясь на ответе. Роберт же плавно, почти незаметным движением переместился так, что больше Даор не мог видеть лица девочки.
— Хорошо, — наконец сказал Роберт. А затем вслух добавил то, что вполне мог бы шепнуть Алане мысленно: — Если захочешь о чем-то еще поговорить, обратись ко мне, ладно?
Алана благодарно кивнула. Когда она смотрела на Роберта, только что предложившего ей какую-то сомнительную защиту от черного герцога, в ее лице совсем не было страха и напряжения — одна признательность.
— Книга, — напомнил Даор, борясь с желанием отбросить Роберта прочь.
— Она нужна во время ритуала, — заметил тот.
— Я верну ее через пару минут.
— Ну что ж… и снова я не равный, но посыльный, я так привыкну, и во главе нашего войска придется ехать кому-нибудь другому, — развел руками Роберт. — Подождите здесь.
— Почему директор вас послушался, он же не подчиняется вам? — настороженно спросила Алана, как только Роберт прошел сквозь круг и пропал. — И откуда у него книга?
— Не хочет со мной ссориться, — пожал плечами Даор, показывая ей на кресло, но Алана покачала головой. Рушить авторитет Роберта в ее глазах, раз Даор решил использовать его как гаранта, было бы глупо, так что все разговоры с директором о неразумности вмешательства откладывались. — Книгой он хочет прямо перед ритуалом проверить, что участники нужной крови.
— Это же можно было сделать перед походом.
— Если кто-то, выглядящий как, скажем, Ив Стелер, вмешает свою кровь в общую чашу, защита рухнет и погребет нас всех, всю Империю и в не столь отдаленной перспективе весь мир.
— Поняла, — кивнула Алана. — Логично. Ведь во время похода кого-то могут заменить на принявшего иллюзорный облик врага, да?
— Могут попытаться.
— А зачем вам родовая книга?
— Чтобы показать тебе кое-что, — шепнул ей Даор, заговорщицки округлив глаза. — Ты знаешь, как они работают?
— Знаю, — ответила Алана, вынимая перо из чернильницы и рассматривая свисающую с его кончика каплю. Вот она звонко вбросила перо обратно и посмотрела на Даора с вызовом. — Вы хотите, чтобы я доказала, что Вертерхард? Никто так меня и не проверил. Может быть, это я уничтожу защиту и весь мир.
Даор только покачал головой, с нежностью отмечая, как расслабилась девочка после того, как Роберт поговорил с ней. За одно это шепчущему можно было сказать спасибо.
— Книга, как вы и просили, то есть приказывали, — пропел вернувшийся Роберт. — С вашего позволения, я останусь здесь на ваши пару минут, а после нежно утащу ее обратно.
— На случай? — холодно осведомился Даор.
— На случай, если черный герцог помогает Пар-оолу, изменит книгу, и это в конце концов разрушит Империю, — обезоруживающе улыбнулся Роберт. — Бред, да? Но согласитесь, даже бредовое беспокойство в таком вопросе стоит того, чтобы его удовлетворить.
Даор поймал себя на том, что уже привык к необычной манере воина держаться и выражаться, и она вызывала у него все меньше раздражения. Роберт был прав: книгу не стоило выпускать из поля зрения, и Даор уважал смелость человека, сказавшего черному герцогу подобное в лицо.
— Я не вынесу книгу отсюда. Но не стоит стоять у нас над душой.
Экран, который не позволил бы Роберту заглянуть сквозь него даже с помощью заговора, опустился на стол, непрозрачным препятствием становясь между наклонившейся к столу Аланой и Робертом, как ни в чем не бывало застывшим в десяти шагах от нее.
Наслаждаясь энергией хорошо сотворенного артефакта, Даор раскрыл книгу — сразу на белой странице.
— Смотри, — тихо сказал он Алане, протягивая перо. — Можешь поставить тут точку или нарисовать линию. И раз ты белой крови, рисунок останется.
— Знаю, — подняла на него изумленные глаза Алана. — Значит, я и правда Вертерхард. Свет… Вот я…
