И тут она неожиданно согнулась пополам от смеха. Даор испугался: вдруг что-то произошло.
— Алана?
— Видите, вот здесь, — хохоча, ткнула она пальцем в уродливую кляксу. — Это я ее случайно поставила, когда показывала такую же книгу Улану. А знаете, как я ему объясняла ее свойства?
— Как? — спросил Даор, у которого на душе ощутимо потеплело. Когда девочка смеялась, она была еще красивее, и это мимолетное выражение счастья на ее лице, он знал, отпечаталось в его памяти надолго.
— Я рисовала громадные цветы на страницах, и они пропадали. А сейчас подумала: если бы я взялась рисовать кривые ромашки на белой странице, это было бы…
Тут и Даор рассмеялся:
— Знаешь, почему тут на каждой странице столько узоров? Вензеля, красные буквы, даже еще один герб красные попробовали нарисовать, но он больше похож на червя, чем на змею.
— Потому что дети герцогов пробуют силы, — предположила Алана. — За этим червяком наверняка скрывается не самый приличный рисунок какого-нибудь подростка.
— И это тоже, — улыбнулся ей Даор, не в силах отвести взгляд от ее сияющих глаз. — Но в основном потому, что с помощью родовых книг постоянно проверяют принадлежность отпрысков к роду.
— Ладно, — наконец отсмеялась Алана. — Вот, смотрите.
И она, тщательно стряхнув перо, поставила маленькую точечку у кляксы. И посмотрела на Даора как бы говоря: «Убедитесь сами».
Даор нежно, не давая себе терять контроля, коснулся ее виска. Девочка вскинула голову, но тут же кивнула.
Даор забрал у Аланы перо и поставил рядом с только что возникшей точкой еще одну, чуть больше.
Алана во все глаза смотрела на страницу, не поглощавшую чернила. Она подождала еще, не поднимая головы, потом перелистнула страницу, что-то проверяя, и снова уставилась на две точки, так удачно примостившиеся над кляксой. Когда же наконец удостоверилась, что точка намертво въелась в бумагу, она нетерпеливо, без всякого смущения, схватила Даора за руку и приложила его пальцы к своему виску, а затем вгляделась в его глаза. Губы ее были плотно сжаты, а лицо приобрело столь забавное выражение, что Даор не удержался и рассмеялся.
— Ты бы себя видела.
Алана прижала его пальцы к своему виску сильнее — сама она инициировать мысленный разговор явно еще не умела. Даор не отказал себе в удовольствии погладить ее ладошку, и Алана, чуть смутившись, убрала ее.
— Роберт, — обратился вслух Даор к директору. — Как ты думаешь, мне под силу взломать родовую книгу? Алана не верит, что она Вертерхард.
— Насколько я знаю, книгу нельзя взломать, и, если кто-то решит это сделать, она сгорит, — бодро ответил Роберт. — И хоть я слышал о вас истории, которые многие сочтут сказками, и даже склонен поверить в некоторые из них, надеюсь, что экспериментировать над этой книгой вы не станете. Она — наш ограниченный ресурс.
Алана некоторое время не отвечала. Потом снова сосредоточилась.
Даор улыбнулся, отмечая ход ее мысли. Не споря, он открыл черную страницу и пририсовал к хвосту ворона еще одно перо. Алана так же внимательно воззрилась на эту закорючку, но и та, конечно, не исчезла.
Тогда девочка подняла на него упрямые глаза и, ни слова не говоря, раскрыла книгу на красной странице.
Даор наотмашь мазнул через весь исчерченный именами лист — и линия пропала.
Алана шумно выдохнула.
— Проверила? — обратился к ней Даор.
— Д-да, спасибо, — нашлась она.
— Я так понимаю, книгу я могу забрать? — тут же отреагировал Роберт. — Помню, сам, как в руки взял, все страницы наудачу истыкал, но нет, не судьба мне править, — печально вздохнул он.
От Даора не укрылось, как Роберт почти незаметно обволок книгу поисковой сетью — вмешательство, которое воин мог найти, он бы списал на счет действий Аланы.
Роберт улыбнулся.
— Я бы сказал, что пойду, но это вы у меня гостите. Тут мало места, негде спать, и уют я тоже наводить не умею.
— Мы уже уходим, — тихо сказала Алана. Кажется, девочка была потрясена чуть ли не больше, чем во время их недавнего разговора.
— Роберт, ты же знаешь клятвенную сторону тайного языка? — спросил Даор.
— Разумеется, — сощурился тот. — А вечер перестает быть томным. Алана, не повторяй ни за кем слов, начинающихся с
Это было смело. Даор сдавил бы сейчас его горло, исключительно чтобы поставить на место, но снова напомнил себе, что при Алане ронять авторитет Роберта не время. К тому же воин заботился о девочке, и то, что он делал это даже перед лицом Даора Кариона, многое о нем говорило. Алане полезно было иметь такого союзника.
— Вы хотите, чтобы я в чем-то поклялась?
