— Подожди, не убивай остальных, — вдруг остановил его Вестер, и Даор отметил для себя его колебание. — Обездвижь его.
Желтые глаза встретились с глазами Даора. Демон широко улыбнулся, показав ряд сверкающих белых зубов:
— Ты не говорил, что твой враг — младший. Это даже интересно.
Он мог знать деда Даора и мог бояться его — а мог не знать и не бояться. В словах твари промелькнуло сомнение, но, не дожидаясь, Даор бросился вперед, не давая демону заметить ведущую к Алане связь. Девочка, ослепленная, потерянная, дрожала за его спиной. Никогда еще он не чувствовал в себе столько силы, как когда выдирал из мира кусок, в котором демон находился, и рвал саму ткань реальности, чтобы разрушить его овеществленную оболочку.
Даор вложил в это почти половину сил — и демон с отвратительным скрежетом развоплотился, не выдержав удара, вынужденно обратившись светом, но в последний миг успев извернуться и пронзить сотней длинных спинелевых шипов место, где стоял борющийся с отдачей мира Даор. Спинель прошла через щиты, сквозь его руки, ноги и торс, обжигая нестерпимой болью, выдирая мясо, и Даор рухнул на землю, изгоняя металл из своего тела.
— Дядя! — взвизгнула Юория.
Кажется, она начала бить остолбеневшего от неожиданности Вестера, ей даже удалось вырваться, а потом она бросилась к лежащему Даору. В глазах ее стояли слезы. Даор прижал племянницу к себе, сосредоточиваясь. Юория обхватила его за кровоточащий пояс и уткнулась в грудь, что-то крича.
Вестер тоже ринулся за ней, но Даор сбил его с ног и снова ударил по демону, отвлекая внимание. Свет, который только что пытался сформироваться в устойчивую фигуру, взорвался брызгами, опалившими все вокруг так сильно, что снег стал водой и мигом испарился, а земля под ним обуглилась, превращая песок в стекло. Этот удар почти не задел привычного к демоническому пламени Даора, но снизу сжег шатры, и люди попадали на горящую землю, крича. Они пытались защититься от испепеляющего жара, но заговоры прорезались пламенем, как спинелью. Если бы не щиты, поставленные Робертом, люди были бы уже мертвы.
Йорданка первая поднялась в воздух сама, а затем зацепила пытавшегося прижаться к земле Сфатиона. Ее воины окружили хозяйку кольцом, принимая на себя брызги испепеляющего света, пока их госпожа не ударила по Вестеру холодной сетью и не прибила его к смертоносной земле. Теа что-то шептала, и в созданном ею круге сжались, воя от боли, целые, хоть и обожженные Ив, Даника и оба синих воина-простака. Лианке и Амен, подхвативший на руки Сильвиа, тоже были в воздухе, как и поднятая их воином Апудо. Лианке пыталась окружить сияние сферой темной тяжелой воды, но это было бесполезно. Куда разумнее оказалась продолжавшая удерживать Вестера Йорданка.
Роберт все еще не появлялся, как и было уговорено.
Все черные воины напали на демона сразу, как увидели происходящее с Даором, — и монстр убил троих из четверых, защищаясь. Четвертый пытался укрыть лежащего на земле Даора от пламени, пока растерянный Вестер не набросился на него. Залло легко увернулся от атаки и сделал вид, что подставился, пытаясь увести парня за собой.
Пользуясь поднявшимся вокруг смятением и этими путавшими демона и Вестера разномастными ударами, Даор успел незримо для твари накрыть еще одним щитом Алану, должно быть уже ощутившую слабый жар под ногами. А потом обратился к Вестеру, тоже изо всех сил пытавшемуся проложить тающий воздушный полог между собой и дымящейся почвой:
— Какова ваша сделка?
— Я не скажу тебе! — закричал Вестер. — Не трогай ее!
Вестер все прекрасно понимал, как понимала и Юория, до сих пор жавшаяся к Даору и покрытая его кровью с ног до головы. Она закричала, умоляя сохранить ей жизнь, и этот крик отрезвил Вестера.
— Я обещал ему моего ребенка и держать дверь три тысячи лет, если он мне поможет.
— В чем именно? — пригнул Юорию к земле Даор.
— Надеть на вас ошейник.
Даор торжествующе усмехнулся.
— Отзови разрешение ему появляться рядом с тобой. Немедленно.
— Я отозвал… клянусь… отпустите ее…
Даор почти не чувствовал запаха паленых волос. Боль ослепляла его, но страх девочки придавал ему куда больше сил, чем он мог представить, — спинель плавилась в теле, вытекая из ран, и сами они понемногу переставали кровоточить. Продолжая отвлекать демона разрывами пространства, он приподнял плачущую Юорию и показал ее Вестеру.
— Отзови еще раз.
— Я отзываю разрешение появляться со мной, если я не позову! — прокричал Вестер отчаянно. — Юория…
И тут же ударил Роберт. Демон, еще борющийся с Даором, не успел ни отследить его, ни поставить дополнительных щитов — Роберт разбил защиту Вестера четырьмя молниеносными атаками. И когда демон бросился защищать своего раба, было уже поздно: Вестер застыл, лежа на земле, без сознания, скованный путами, которые даже Даор вряд ли разорвал бы с первого раза.
Тут же пламя пропало, и ночь снова стала темной и тихой.
Обессиленная Теа упала на еще парящую землю.
