— И ты уверена, что именно с ним ехала в поезде? — похолодел Иван.
— Либо это была самая невозможная и редкая случайность в моей жизни, либо…
— Он следил за тобой, — закончил за Алису Иван Третьяков. — Ты должна немедленно остановиться. Ты никуда не поедешь, слышишь? — Иван кричал в голос, лицо его стало багровым от напряжения. — Еще мне не хватало, чтобы он принес в жертву тебя.
— Ты не можешь меня остановить, — тихо проговорила она. — Даже я сама не могу себя остановить. Я буду там, если успею. Я буду там, если смогу понять, куда он направляется, — в эту самую минуту, Иван.
— Алиса! — крикнул он.
— Я тебе перезвоню, — сказала она и отключилась. Решила дать ему время остыть, прийти в себя.
В машине воцарилась нехорошая, напряженная тишина. Алиса посмотрела на водителя. Паренек сидел бледный, с плотно сжатыми губами. Он тяжело дышал. Затем он резко затормозил и съехал на обочину. Они остановились. Алиса огляделась — неизвестный кусок трассы, вокруг лес, снег и пустота. Все, как в ее самом страшном кошмаре, вот только она не могла себе позволить сейчас бояться снов. Алиса представила, как сжимает страх в комочек, похожий на смятый лист бумаги для принтера, и кладет в тяжелую деревянную коробку на петлях. В петли — тяжелый навесной замок, коробку в сундук, сундук на чердак, чердак закрыть, дом запереть, ключ выкинуть. Яйцо в утке, утка в зайце, и не стоит вспоминать об игле.
— Сколько вы хотите за то, чтобы довезти меня до того места, которое я вам укажу? — спросила она у водителя очень тихо и осторожно, словно они в этот момент занимались разминированием бомбы.
— Мы едем к убийце, да? — уточнил паренек, голос его дрожал.
— Как тебя зовут? — спросила Алиса.
— Андрей.
— Андрей. Как моего отца, — грустно улыбнулась она. — Я должна попасть туда, Андрей. С тобой или без тебя. Иначе я не смогу дальше жить. Так ты мне поможешь?
— Двести тысяч рублей, — сказал Андрей и грязно выругался, отворачиваясь к окну.
— У тебя есть «Сбербанк-онлайн»? — спросила Алиса, выдыхая с облегчением.
Колеса засвистели, прокрутившись на старте, и «Фольксваген» вырулил на трассу.
«Крестики-нолики», — пробормотала Алиса, разглядывая рисунок на сложенном вдвое грязном листе. Позабыв обо всем остальном — о непредсказуемой дороге, о том, что будет, когда она доберется туда, куда хочет добраться, о том, как Черный Воин смотрел на нее и говорил о «звенящей» ее тишине, — Алиса искала место, искала точку в пространстве. Время она знала. Ноль часов девятнадцать минут.
Телефон был подключен к зарядке. На приборной панели валялись другие исчерченные Алисой листы. «Ты не имеешь права на ошибку», — думала она, разглядывая причудливые фигуры и цифры. Координаты убийств, даты убийств, даты ретроградности Меркурия. Уравнение с неизвестным ей Черным Воином, чьи зеленые глаза неотступно преследовали ее.
Может быть, он и правда умеет читать мысли? Ведь нашел же он Алису в поезде. Что, если сейчас он сидит где-то с закрытыми глазами и слушает ее мысли? Алиса поежилась от внезапного холода. «Ты должен остановиться», — подумала она. Прислушалась — за окном автомобиля выл ветер. Они ехали уже очень долго, и свет сменился тьмой, облака закрыли небо, и не было видно звезд. «Крестики-нолики». Алиса снова открыла файл, нашла нужный отчет и раскрыла его — данные по наличию флунитразепама в крови жертв убийств. Ирсаево. Башкирия. Найден зимой две тысячи семнадцатого, в январе. Дата убийства неизвестна, мертв не меньше чем за полгода до обнаружения. Точнее определить не вышло, так как тело подверглось атакам диких животных и воздействию среды. Что же касается обстоятельств убийства, неопознанный «бездомный» предположительно вначале был усыплен, а затем его подвесили на дереве головой вниз, вспороли живот, выпустили кишки, перерезали вены и горло. Кровь. В теле практически не осталось крови, она вся утекла в землю. Не в этом ли все дело?
Алиса почувствовала, как тошнота подкатывает к горлу. Зеленые глаза незнакомца вдруг стали ледяными, и Алиса сжалась под его пронизывающим взглядом. Честное слово, если бы можно было сейчас успокоиться, надев на голову какую-нибудь шапочку из алюминиевой фольги, она бы сделала это. Но фольги не было. Даже простой бумаги не было. Электронизация мира в действии, ни у нее, ни у водителя Андрея не нашлось нормального блокнота или тетради, даже ежедневника не было, Алиса всю информацию хранила в телефоне или компьютере, дублировала в Облако, но никогда уже — на реальный носитель. Виртуальная вселенная. Теперь вот все, что у нее есть — несколько листов из-под какого-то очередного сервиса, и она чертила поверх черных букв и цифр. Ирсаево.
