Мужчина наливает себе виски, и, продолжая смотреть на снимки, прокручивает в голове события последних десяти лет. Десяти долгих лет, которые он посвятил этой мрази. Кем она была до него, до Тимофея Николаевича Тунгусова-Майского? Всего лишь обычной продавщицей в захудалом магазинчике. Когда они встретились, Антонина торговала паленой водкой из-под полы и дымила, как паровоз. Он вытащил ее оттуда, сделал настоящей леди, хотя родители были в ужасе, а подчиненные шептались по углам, что их начальник сошел с ума. Тимофей не обращал внимания на первых, а от вторых просто-напросто избавился.
– Я не намерена сидеть дома, – однажды заявила супруга.
– И чем же ты хочешь заняться? – поинтересовался Тимофей.
– Разве у тебя на фирме не найдется для меня места?
– Я руковожу строительной компанией, – напомнил он. – Вряд ли ты что-то понимаешь в строительстве.
– Так придумай то, что мне подойдет, – пожала плечами Тоня. – Ты же, вроде, крутой начальник, или я ошибаюсь?
Влюбленный мужчина – глупый мужчина. А Тунгусов любил свою Антонину настолько, что у него, видимо, совсем мозгов не осталось, раз уже через полтора месяца та стала руководительницей отдела по связям с общественностью. Должность была номинальной, но Тоню это мало волновало.
Ей нравилось ходить из кабинета в кабинет на своих десятисантиметровых брендовых каблуках, нравилось носить бедж на атласной белой ленте; нравилось организовывать так называемые «собрания для СМИ», больше напоминающие бесплатные попойки для пройдох-журналистов. А Тимофею нравилось иногда встречать жену в коридорах, нравилось смотреть, что она здесь, рядом, всегда на расстоянии руки, ну, или звонка из одного отдела в другой.
А что они творили, когда оставались одни! Ни одна молоденькая секретарша не была способна так «готовить кофе». Тунгусову даже пришлось стол в кабинете менять на более крепкий. И поискать другого заместителя, потому что Тоня один раз заявила, что ей нравятся мужчины с родинками на лице, а у Стасенко их было целых две.
Да уж, сколько безумств Тимофей тогда совершил, и продолжал совершать! Даже когда Шаталова подала на развод, он не поверил. Просто стоял, смотрел на копию заявления, которую она ему принесла, и не смог произнести ничего, кроме:
– Чего ты хочешь?
– В смысле? Ты что, не понял? Я развожусь с тобой, Тунгусов.
– Но почему? Разве мы не счастливы? Разве тебе что-то не хватает? Просто скажи, чего тебе не хватает. Я все куплю, все сделаю.
