Бен не ответил ей тогда. Но он отвечал теперь, его глаза, уставившиеся на нее, его руки, которые обнимали Сашу, сказали все. Если Саша была только хорошей подругой, то она, Эран, — глухим Бетховеном!
Так вот почему он пригласил ее не лично, а через Тхана! Чтобы похвастаться Сашей и показать, что он наслаждается свободой, не сожалеет о своем решении и не собирается его менять? Слезы наполнили глаза Эран, когда она смотрела на фотографию, и ей все стало окончательно ясно.
Как много, задавалась она вопросом, потребуется времени, чтобы согреть ее дом? Чье душевное тепло это сделает?
В течение двадцати минут или больше Эран сидела с газетой на коленях, плача и задаваясь вопросом, сколько еще фотографий она увидит в последующие годы. Будет ли на них эта Саша или она — только новая модель на 1980-й?
Вероятно… Саша, Анабел, Фиона — даже их имена говорили за себя, эти «актрисы», бродившие по Лондону ночью, преследуя свою добычу. А Бен был настолько доступен! Фотогеничный сексуальный «красавчик»! Вероятно, Джессика информировала бы газеты о каждой новой девочке Бена. И однажды их с Беном ребенок будет достаточно взрослым, чтобы это прочитать. Что Эран делала бы тогда? Как она защитила бы ребенка? Даже если бы она никогда не назвала имя отца, никогда не сказала бы ребенку или кому-либо еще, кто-то выяснил бы все! Эран Кэмпион беременна, и, если у вас, уважаемые читатели, нет проблем с математикой, вы можете посчитать, что тот ребенок был зачат на острове Крит в июле 1979 года, когда она была с Беном Хейли — вот как бы написали в газетах!
Эран никогда не паниковала, но теперь она столкнулась с последствиями того, что сделала. Что за необходимость была для зачатия этого ребенка? Гордость не позволила бы ей сообщить Бену, но он бы мог все выяснить — возможно, от газетного репортера. Что тогда? Алименты — и ребенок, растущий в неведении? Или внезапная свадьба, устроенная Дивой, о которой позже все будут сожалеть? Взлет любви, на десять лет — с этого момента? Или нервный подросток, претендующий на внимание отца?
В самом лучшем случае — ребенок, рожденный и воспитанный втайне, без отца, наличие которого Ханнак считала столь важным. Но какое право имела Эран делать это? И
В течение шести месяцев Эран сумела скрывать беременность, избегая людей из мира музыки и им подобных. С таким же успехом она могла бы продержаться еще три месяца, родить в тихой скромной больнице и вернуться домой. Но однажды она бы вышла с детской коляской и столкнулась бы с Рани; или она гуляла бы у школьных ворот и случайно столкнулась бы с Кевином, Майлсом или с Беном!
О Господи, что же она сделала? И что делать дальше? Она должна пробудиться, она должна что-то планировать, организовать, что-то прояснить. Ханнак сказала, она должна всегда учитывать интересы ребенка!
Утро первого февраля началось с дождя. Эран ответила на звонок телефона осторожно и даже напуганно, поскольку она отныне все время боялась.
Это была Молли.
— Эран? Ты получала мое письмо? — спросила Молли.
— Да, мама. Я получила его, — ответила Эран.
— Тогда почему ты не ответила? — ворчливо поинтересовалась Молли.
— У меня не было возможности подумать над тем, что ты написала, — сказала Эран.
— Так ты теперь подумала? — настаивала Молли.
— Да. Ты не должна волноваться, мама. Не будет никакого скандала, никто ни о чем не узнает, — сказала Эран.
— Ты же разумная девочка, Эран, и ты можешь себе представить, как мне будет плохо, если кто-то узнает! Это же ужасно, если твоя дочь живет с мужчиной, а потом он убегает и оставляет ее беременной! Конечно, твой отец также встревожен, он даже говорить об этом не желает, — заявила Молли.
— Теперь я понимаю, почему он не хотел со мной общаться, — сказала Эран.
— Я больше никому не рассказывала: ни Валь, ни Шер, ни твоим братьям, я думаю, так будет лучше, — буркнула Молли.
— Да мама, так будет лучше, — согласилась Эран.
Наступила пауза.
— Ты решила что-нибудь? — опять завела свое Молли.
— Да. Все решено, — ответила Эран.
— И ты хочешь, чтобы я приехала? Ты же знаешь, я тебя не оставлю, — вздохнула Молли.
— Нет, мама. Холли Митчелл — медсестра, она знает людей, которые позаботятся обо всем. Со мной будут друзья, и я буду в порядке, — сказала Эран.
— Понятно. Что ж, если ты так уверена… — Молли замялась.
— Я уверена, — твердо сказала Эран.
— Хорошо, давай закроем эту тему. Так будет лучше, поймешь все, когда повзрослеешь, — проворчала Молли.
— Я уже все понимаю, — сказала Эран.
— И потом… ты устроишься на работу? — спросила Молли.
— Да, здесь, в Лондоне, работы много, — сказала Эран.
Молли вздохнула с облегчением.
— Эран, ты очень трудолюбива, и, кроме того, ты — хорошая дочь. Я молюсь за тебя, надеюсь, что все будет в порядке и что Бог простит тебя. Думаю, ты больше так поступать не будешь, — сказала она.
— Нет, мама. Никогда, — тихо ответила Эран.
— Это будет тебе уроком. Мне только жаль, что ты не слушала меня раньше, — вздохнула Молли.
Эран хотелось закричать.
— Хорошо, сообщи мне, когда все будет улажено. Пока, — буркнула Молли.
