Возможно, он был суров и несправедлив. Во всяком случае, в 1066 году он был убит, когда пытался подавить народное восстание. Его жена с сыном Генрихом бежала в Данию. А в 1090 году Генрих вернулся и подчинил себе Ободритское княжество.
Отсутствие устойчивой власти и нестабильность экономического положения прибалтийских славян заставляли их пополнять ряды пиратов. Для населения, жившего трудом, а не разбоем, пираты оставались «чужаками», варягами. Скажем, арабы и византийцы называли вторгавшихся с севера воинов «русами», и до сих пор нельзя разобраться, кого они имели в виду: шведов, датчан, германцев или славян (скорее всего, их сообщество, где славяне, по-видимому, преобладали).
Готланд с полным основанием можно считать островом сокровищ. Обнаружить здесь клад способна, как говорится, любая собака.
Так однажды и произошло в XVIII веке: безымянная собака, желая спрятать кость, выкопала ямку, из которой вместе с землей выбросила несколько арабских серебряных монет. В этом месте оказался богатый клад. Но рекордное по весу захоронение (около 8 кг серебра, более 2600 арабских монет) случайно обнаружили дети, игравшие в каменоломне.
Откуда взялись эти клады? Кто их спрятал и почему? Точные ответы на эти вопросы дать трудно. Скорее всего, награбленные сокровища оставляли пираты, уходя в очередной раз на свой промысел. И если клады так и остались в земле, то значит, их владельцам не удалось вернуться на остров за своими неправедно нажитыми сокровищами.
XI–XII века стали «переломными» в деятельности морских разбойников Балтики. Сформировались сильные государства, начавшие решительную борьбу с ними. Эпоха викингов заканчивалась. На некоторое время освободилось поле (точнее — море) деятельности для славянских коллег. Они бороздили Балтику на судах, вмещающих 40–60 человек, предпочитая не торговать, а грабить. Датские короли и князья старались им противодействовать, защищая берега своей страны.
Славяне задумали объединенными силами напасть на богатый норвежский город Конунгахаллу. Его жители были беспечны: потомки викингов не привыкли, чтобы их грабили. Несмотря на предостережение датского короля Эрика IV, город не был готов к обороне.
10 августа 1136 года славянская флотилия вошла в бухту Конунгахаллы. В порту стояло не более десятка кораблей, да и те не готовые к боевым действиям. И что они могли предпринять против сотен судов! По подозрительно точным, скорее всего, преувеличенным сведениям, приведенным в саге «Хеймскрингла» («Земной круг»), флот состоял из 780 ладей по 44 воина и 2 лошади в каждой (кстати, такая вместимость была характерна для славянских кораблей). Возглавляли воинство князь Ратибор и воевода Унибор.
Воспользовавшись паникой среди местных жителей, пираты после недолгого боя овладели городом (кроме кремля) и принялись за грабеж. Ратибор начал осаду крепости, но ее защитники отражали одну атаку за другой. Силы их были уже на исходе, почти не осталось копий и стрел, приходилось отбиваться преимущественно камнями. Наконец они прекратили оборону и сдались на милость победителей. Началась резня. Город сожгли, а уцелевших жителей увели в неволю.
Подобные набеги совершались (в особенности в IX–X веках) и викингами. В результате взаимного грабежа приходили в упадок, прежде всего, мирные промыслы и торговля. Как обычно, расплодившиеся искатели удачи стали подрывать собственную «экономическую» базу и вынуждены были отправляться в поисках добычи в дальние экспедиции.
Оставались и возможности для «переквалификации». В Европе и Малой Азии было немало государств и княжеств, где охотно принимали в гвардию и для личной охраны рослых, смелых и сильных северян, которых называли варягами, русами. В некоторых случаях обустраивались на новых землях целые дружины викингов. Так, на Руси, когда в смутный период междоусобиц потребовалась единая сильная власть, на княжение были призваны варяги Рюриковичи.
По вполне правдоподобному предположению М. В. Ломоносова, «варяги и Рурик с родом своим, пришедшие в Новгород, были колена славенского, говорили языком сла-венским, происходили из древних… россов и были родом не из Скандинавии, но жили на восточно-южных берегах Варяжского моря между реками Вислою и Двиною… Имени Русь в Скандинавии… нигде не слыхано… В наших летописцах вспоминается, что Рурик с родом своим пришел из Немец, а инде пишется, что из Пруссии».
Сразу на память приходят названия: Ререк, Рур, Рюген, Рось (левый приток Немана), Старая Русса и многие им созвучные, распространенные именно к югу от Балтийского моря. Интересно отметить, что арабский историк X века Ибн-Якуби сообщил: «Главнейшие племена севера говорят по-славянски, потому что смешались с ними».
Так или иначе, а начало государственности на Руси связано с пиратскими дружинами, объединявшими варягов славянского, шведского и датского происхождения, которые говорили, по всей вероятности, на славянском (русском) языке.
