Но этого не произошло. После смерти тестя звезда Юрия Михайловича быстро закатилась… На следующий день после похорон Брежнева, вспоминает сам Чурбанов, он зашел к новому генеральному секретарю Юрию Андропову поблагодарить за внимание и поддержку в печальные для семьи дни. Андропов сказал ему:
– Юра, пока я жив, никто вашу семью не тронет.
Но почти сразу Андропов приказал начать борьбу с коррупцией. Схватились за то, что лежало на поверхности. Нужны были заметные имена, чтобы продемонстрировать желание новой власти карать преступников, несмотря на чины и звания. Учитывая личную нелюбовь Андропова к министру внутренних дел Щелокову, начали с Министерства внутренних дел. Самого Щелокова сняли. Выкорчевывать коррупционеров в МВД пришел новый министр Виталий Васильевич Федорчук из КГБ, человек по характеру жесткий и непримиримый.
Он сразу же занялся Чурбановым.
И в ЦК, и в МВД знали, что Чурбанов увлекался выпивкой, охотой, женщинами. В 1982 году Чурбанова послали во главе делегации в Йемен, по словам сопровождающих лиц, он беспробудно пил все путешествие. В результате его даже не принял президент страны. Мне рассказывал человек, который летал с ним в командировку в Азербайджан, что Гейдар Алиев, который был тогда первым секретарем ЦК, превратил приезд брежневского зятя в сплошной праздник. Все время пили. А когда полетели назад, то самолет был забит сувенирами и подарками. Чурбанов и сам не знал, что ему преподнесли. Но, правда, от подарков не отказывался, хотя в реальности, по словам знавших его людей, первого замминистра интересовали три вещи – хорошие охотничьи ружья, бутылки и женщины.
Видя, что против него готовится дело, зять покойного генсека попросил о помощи человека, который был верным соратником Брежнева, – Черненко. Константин Устинович стал в 1984 году генеральным секретарем. Помощник генсека Виктор Прибытков вспоминает, как однажды ему позвонил Чурбанов – так, словно они вчера расстались, хотя виделись один раз и давно, еще в комсомольские годы.
Чурбанов попросил о встрече. Прибытков пригласил:
– Приезжай. Какие разговоры…
– Я не хочу появляться на том этаже, где сидит генеральный…
– Я на шестом, а не на пятом нахожусь. Приезжай! Тут спокойно поговорим…
– Нет, давай лучше на нейтральной территории…
Они встретились у памятника героям Плевны. Чурбанов в штатском сидел на скамеечке.
– Федорчук жмет до предела, – жаловался Чурбанов. – Копает, все копает… Сил никаких нет!
Чурбанов и Прибытков ходили от памятника до входа на станцию метро «Площадь Ногина».
– Ты скажи Константину Устиновичу, – попросил Чурбанов, – что я ни в чем не виноват… Этому Федорчуку все неймется! Без году неделя на министерстве, а поди ж ты…
Чурбанов рассчитывал, что Черненко вступится за зятя Брежнева. В тот же день Прибытков пересказал разговор Черненко. Тот внимательно выслушал своего помощника. Когда Прибытков договорил, Черненко раскрыл лежавшую перед ним папку с документами и сказал:
– Так, начинаем, Виктор, работать. Тут у нас вот на сегодня какие проблемы…
И ни слова о Чурбанове.
Брежнев умер, и прежние обязательства были недействительными. В середине 1985 года Чурбанова убрали из министерства на смешную должность начальника Главного управления внутренних войск по военно-научной работе, а вскоре и вовсе отправили на пенсию. Процесс над ним был самым громким в горбачевскую эпоху. Его приговорили к длительному сроку тюремного заключения. Чурбанов отсидел свой срок и вышел на свободу. Он занимается бизнесом и помогает заключенным.
Виктора Семеновича Папутина иногда добрым словом вспоминают старые друзья.
В газетах о реальных обстоятельствах внезапной смерти первого заместителя председателя КГБ СССР, члена ЦК КПСС, генерала армии Семена Кузьмича Цвигуна, разумеется, не было ни слова.
Но поразительным образом кто-то проведал о том, как именно ушел из жизни Семен Кузьмич, и слух о том, что один из самых доверенных людей генерального секретаря пустил себе пулю в лоб, сразу же распространился по Москве. Но почему он покончил с собой? Люди терялись в догадках. Чуть позже пошли разговоры о том, что не все так просто – Цвигуну помогли расстаться с этим светом.
Самым верным доказательством того, что Цвигун ушел из жизни не совсем обычным путем, было отсутствие подписи Брежнева под некрологом первого заместителя председателя КГБ. Центральный Комитет КПСС, Президиум Верховного Совета СССР и Совет министров СССР с глубоким прискорбием извещали о том, что «после тяжелой и продолжительной болезни» скончался Семен Кузьмич Цвигун. Но раз генеральный секретарь не поставил свою подпись, значит, что-то не так.
