Собственно “саратовским” оказался в “Хрестоматии” лишь самый короткий (сорок страниц из шестисот) Раздел III (в помощь учителям и библиотекарям), куда вошли отрывки из почему-то названных повестями краеведческих работ Сергея Каткова о цирке братьев Никитиных и Владимира Вардугина об авторе знаменитой “Калинки” Иване Ларионове. Сюда же каким-то непонятным образом попал мемуар саратовского композитора-песенника Евгения Бикташева, повествующего о себе, любимом, о том, как ему трудно было попасть в Союз композиторов.
Есть в “Хрестоматии” и литературоведение. Статьи Е. Мартыновой “Волшебное рядом” и Е. Хрусталевой “Саратовская литература на рубеже тысячелетий”, которые оставляют странное впечатление. Все-таки статья - не сказка, там сочинять не надо. Достаточно достоверности и четкости слов и мыслей.
Мартыновой присуща опора на азы литературоведения (“Ирония и юмор являются необходимыми элементами повествования в сказках Алексея Толстого, повестях и романах Льва Кассиля, Константина Федина…”; “Языковое богатство сказывается во фразеологизмах, в просторечии, эмоционально окрашенной лексике, неологизмах (“вей из него веревки”, “плясать меня злее нет”, “исплаканные глаза” и др.) Видимо, будущая кандидатша филологических наук в свое время неприлежно учила “Основы теории литературы”, ибо “неологизм” означает новообразованные или новозаимствованные слова и обороты, тогда как приведенные ею примеры - это старые идиомы русского языка, давно зафиксированные во множестве словарей. Преподавателю культуры речи в Аграрном университете словарного запаса явно недостает, отсюда то и дело встречающийся “добрый юмор”, напомнивший мне известную реакцию Василия Шукшина на критический штамп “Шукшин любит своих героев…” - “Да что я идиот, что ли, всех подряд любить?!” Мартынова же позволяет себе писать: “около 14 раз”, как бы не подозревая, что в русском языке около применяется лишь к круглым числам - около 100. А около 14 - это 13.
В статье Анны Хрусталевой невозможно согласиться с утверждением “Были времена, когда детское книгоиздательство (имеется в виду в Саратове. - С.Б.) переживало свой золотой век. Для детей писали Б. Дедюхин, А. Матвеенко, О. Молотков, В. Мухина-Петринская, С. Розанов, Е. Рязанова, В. Серов, В. Стрекач, И. Тобольский. Довольно регулярно выходили альманах “Огоньки”, сборники “Малышкина книжка”, “Волшебный сундучок”, “Теремок сказок”. Ибо ко времени выхода в Саратове детской книги Б. Дедюхина “Иду на вы!” (1969) сказочника Александра Матвеенко уже пятнадцать лет как не было в живых, а детские книги его “Серая утица”, “Сказки веселого Бабая” и представленное в “Хрестоматии” “Зерно-зернинко” выходили в 1937-1954 годах! А детский альманах 50-х годов “Огоньки” не имеет ничего общего с подарочным изданием 70-х “Волшебный сундучок”, где вообще не было саратовцев.
Федор Гладков родился не в Саратове, а в деревне Чернавка.
На странице 584 приводится список саратовских литераторов, “начавших восхождение к литературным высотам еще в годы советской власти”. Бог мой, какие такие литературные высоты покорили В. Азанов, Е. Грачев, А. Дубчак, В. Кадяев, О. Лукьянов, Т. Наполова, поименованные в одном ряду с начавшим печататься до войны учеником Исаака Бабеля известным романистом Григорием Коноваловым?
Итак, если чем и уникальна “Хрестоматия” “Саратовские писатели - детям”, так это абсолютным непрофессионализмом ее редакторов-составителей. Назовем же их имена.
М.А. Каришнев-Лубоцкий - член Союза писателей Москвы, ответственный секретарь Ассоциации саратовских писателей (главы из его тетралогии “Приключения маленькой волшебницы” занимают самый большой объем в “Хрестоматии”), Е.С. Данилова - кандидат филологических наук, доцент, А.В. Хрусталева - кандидат филологических наук, член Союза российских писателей, А.Б. Белоглазова - главный библиотекарь отдела краеведения Областной библиотеки для детей и юношества.
Благословил издание кроме С. Михалкова, О. Табакова и П. Ипатова рецензент - методист кафедры филологического образования СарИПКРО Е.Л. Юнг.
Остается утешиться словами из предисловия: “не исключаем, что в будущем издадут новую хрестоматию”.
Сергей Боровиков
Дорога наша сделалась живописна.
А.С. Пушкин. “Путешествие в Арзрум
во время похода 1829 года”
Сбились мы, что делать нам?
А.С. Пушкин. “Бесы”
Почему-то мы все время неспокойны, куда-то движемся, направляемся: то к коммунизму (“Верной дорогой идете, товарищи!”), то к капитализму, к рынку, как он обозначен в проекте. Схвачены этот шаг, эта поступь в знаковой скульптуре Веры Мухиной “Рабочий и колхозница”, ныне столь же знаково разобранной на фрагменты для реставрации.
Но символ он потому и символ, что, даже распиленный, продолжает внушать. Через несколько десятилетий “похода и перехода” смотри результат, запечатленный другим художником, художником и скульптором нашего времени, Гришей Брускиным, - его герой-монумент (в картине “Шаг”, 1982) делает шаг с постамента и повисает над метафизической бездной.
