По величине Корфу небольшой - шестьдесят километров в длину и двадцать пять в ширину, и то это в самом широком месте - на севере. К югу он сужается, чтобы, в конце концов, мысом упереться в море. Но все дороги его петляют среди гор, образуя многообразный серпантин, то карабкаясь ввысь, то спускаясь к самому морю, так что ехать по нему можно долго-долго и медленно - порой трудно разъехаться со встречным автобусом или никак не обогнать едва ползущую впереди машину, и приходится за ней плестись со скоростью лошади, тащащей за собой тарантас. Но именно эта неторопливость движения и позволяет даже мне, сидящей за рулем, вдоволь рассматривать проплывающие картины.
Смотри, душа, смотри, милая, любопытствуй, насыщайся радостью, откликайся любовью, становись сплошной “аллилуйей”!
Святитель Спиридон не только спасал Корфу от захватчиков-иноверцев, но и останавливал (дважды) эпидемии чумы, избавлял жителей от землетрясения, засухи и голода, исцелял от смертельных болезней и даже - такое тоже бывало - воскрешал из мертвых. Может быть, чудо с четырьмя миллионами оливковых деревьев - это тоже не без его участия? Вон албанцы пытались при Энвере Ходже устроить на своих скалах террасы и насадить виноградники, даже китайцев приглашали в советчики. Но ничего у них не вышло - виноградники засохли и остались лишь уродливо перерытые голые скалы.
…Или в Албании это потому, что именно сюда, когда она называлась еще Иллирией, был некогда отправлен в ссылку злочестивый Арий после осуждения его ереси на Соборе? Там - Арий, здесь - Спиридон.
На следующий день после посещения в Керкире Святителя Спиридона мы отправились изучать морской берег. Он весь изрезан бухтами, и одна не похожа на другую. У подножья горы, на которой мы живем, он каменистый, а если проехать к северу острова и там повернуть к востоку, - берег песчаный. Здесь - Ионическое море и полный штиль. Но если проехать дальше - совсем немного - и обогнуть мыс, там море уже - Адриатическое, и на нем шторм. Волны такие, что невозможно войти, - закручивают, сбивая с ног, и утаскивают в морскую даль. Но если продолжить путешествие и пересечь всю северную часть с востока на запад, а потом повернуть на юг, - там опять будет Ионическое море, и на нем никаких волн. Я не понимаю, как это может быть. Мой муж разложил на коленях карту и подсказывает мне на каждой развилке путь, а я рулю, стараясь запомнить дивные имена городков и селений - Кассиопи, Каламаки, Перифия, Ахарави, Агиос Спиридонос, Рода, Сидари, Перуладес. Ну вот, проехали весь север.
Все так, как и должно быть: муж указывает дорогу, а я послушно веду машину. Недавно мне сказала одна милая женщина, довольно поздно, хотя и очень счастливо вышедшая замуж:
- У нас так хорошо в семье, потому что ты открыла мне один секрет, и я следую твоему совету.
- Какой-такой секрет? - заинтересовалась я. - Я даже и не помню, что именно я тебе говорила.
- Ты сказала, когда я выходила замуж, что самый главный секрет счастливого брака в том, чтобы в доме был культ мужа. Ну вот, я этому неукоснительно следую, и у нас все так хорошо!
Какая-то птичка все время стучала в зеркальное окно виллы, на которой мы жили: тук-тук-тук. Мы открывали дверь и выглядывали: кто там стучит? И еще спрашивали: кто там? А это птичка - тук-тук-тук с утра. Один раз она, не разобравшись, где подлинная реальность, а где зеркальная, ударилась с размаху о стекло и отскочила - долго сидела недвижимая на земле, ничего не понимая, не осознавая… И только когда мой муж коснулся ее, чтобы взять в руку и перенести на травку, она вдруг неловко взмахнула крыльями и кособоко отлетела на несколько шагов.
Какой простор для символических толкований и назиданий! Не таковы ли мы с нашими невротическими психологическими проекциями - летим на собственное отражение в других и - разбиваемся, отлетая прочь…
Когда она рвалась к нам в дом, стуча клювом, я все время думала - а почему влетевшая птица у простонародья - примета смерти? И тщательно закрывала стеклянную дверь, чтобы она все-таки никак не смогла просочиться внутрь.
Про святителя Спиридона на Корфу по сей день ходят легенды, будто бы он, пребывая телесно в своем храме, во время литургии поворачивает голову в сторону святого Престола. А по ночам - ходит: ему часто меняют облаченья, и подошвы расшитых тапочек оказываются стоптанными. Кроме того - известно множество свидетельств, когда он исцелял безнадежно больных, предупреждая их о готовящемся чуде своим появлением.
Итак, вилла, где нам позволили пожить, располагается на вершине лесистой горы, откуда видно море, неправдоподобного синего цвета, как бы такого и не бывает в природе, а вдалеке - Албания в лысых скалах. Мы смотрели на ее берега в телескоп - и видели там лишь голые обезлюдевшие берега, а по ночам - кромешную темноту. Словно там - тьма внешняя, а здесь, на Корфу, - мир Божий: крепкие внятные звезды огромной величины, ослепительная луна, серебрящееся море и живая зелень оливковых рощ.
