Продолжив испытывать ловкость тела, убедился ещё и в силе, и в выносливости: многочисленные тишайшие кульбиты в резко ограниченном пространстве вообще никак не сказались ни на дыхании, ни на усталости тела, лишь чуть чаще застучало сердце.
Всласть накрутившись под слегка ошеломлённым взглядом принцессы, я аккуратно уселся на диванчик напротив неё и ещё раз очень внимательно огляделся.
Всюду зелень и желток, шёлк и дерево, мягкие тона, растительные мотивы и узоры. И с трудом замечаемая лишь пытливым взглядом лёгкая небрежность: едва торчащая ниточка обивки сидений, чуть пыльный потолок, слегка отстающий от креплений лючок в немного вытертом полу.
«А что у нас под этим люком?»
А там — две бутылки зелёного стекла, не менее зелёные яблоки и виноград, и явно сыр — тоже зелёный!
«Да сколько можно зелени! Я уже заочно недолюбливаю всех светлых эльфов!»
Ну и самое важно, как водится, на дне: плоская шкатулка черного камня с тремя лепестками пламени в круге, вырезанными на крышке.
Движимый наитием, прикасаюсь к резьбе правым указательным пальцем, ощущаю невесомый укол чего-то очень необычного, отозвавшегося в солнечном сплетении, и шкатулка открывается.
В ней, вполне предсказуемо, свитки, выполненные из некой кожи тончайшей выделки, но очень прочной даже на вид.
«Тааак, надеюсь, читать я умею!»
И да — первый же, особо выделяющийся чернилами с серебряным высверком и снабжённый густо-фиолетовой печатью свиток уставным готическим шрифтом и сухим казённым языком тёмных эльфов сообщает, что: «Держатель и податель сего свитка есть Таор, сын-в-законе Владыки Подземья и Тени Великих Гор Эрра, Первого своего имени. Сей отрок направлен в дар сиятельной принцессе Алуринель в честь подтверждения соглашения о намерениях о сочетании законным браком Владыки и Её Высочества, для увеселения благородной леди и способствования культурному обмену меж двух дружественных рас. Бремя обеспечения ложится на казну Владыки».
Ниже же этот малость абсурдный и явно издевательский указ был продублирован на языке светлых шрифтом, невероятно похожим на вязь побегов винограда и плюща.
«М-да… Читая это, я всё ждал, что личность Таора вспыхнет и выдаст на эмоциях ещё немного инфы, но нет — видимо, всё не так просто. А ещё очень интересно, как и насколько вытянулись лица придворных сановников светлых, когда они прочитали это».
Второй и последний свиток в шкатулке содержал лишь пару фраз на тёмно-эльфийском и был написан твёрдой рукой разумного, знающего цену времени и словам.
«Я знаю тебя, сын. Твоё задание важно, и в твоих силах выполнить его в точности. Будь на высоте, оставаясь внизу. Твой отец, Эрр».
Кроме двух свитков, на дне обнаружилась россыпь монет из светло-серебристого металла с числом 100 на аверсе и профилем властного тёмного эльфа на реверсе. Надпись гласила: «Эрр Первый».
«О, папа! Вот и свиделись в одностороннем порядке. Как бы теперь разобраться в осколках памяти, гласящих, что я некий сын-в-законе, и в записке отца, пославшего меня на миссию с таким неоднозначным прикрытием. То есть — одевайся, сынку, в шута, езжай, сынку, к светлым, весели, сынку, принцессу и глаз с неё не спускай! Так, что ли?..
Выходит, что так…
Внимание, вопрос: и сколько же я провёл, балагуря и наблюдая? И что узнал? И, самое важное, сейчас-то мы куда едем?
Загадка, ребус, кроксворд…
Ладно, будем решать проблемы по мере их обострения!
А пока — установим контакт с принцессой, не допустив проколов, а то ещё бывают следящие заклинание, я знаю — я читал».
— Ваше высочество, сиятельная Алуринель, — мягко обратился я к эльфийке.
— Таор, мы же договорились — в неофициальной обстановке можно проще, — мило улыбнувшись, поправила меня принцесса.
И тут, словно вопль петуха, совершенно неуместной радостью приветствующего раннее утро, снаружи раздалось:
— Ваше Высочество, сиятельная Алуринель! Как Вы и приказывали — остановка! Волшебный родник в нескольких шагах, вокруг безопасно! Можете спокойно проследовать к нему!
Чуть качнувшись, карета остановилась, а я и принцесса удивлённо уставились друг на друга.
***
В это время чуть севернее, в предгорьях Великой Тени, навстречу светлым эльфам двигалась целая кавалькада, сопровождающая роскошную в своей практичности и лаконичности карету. И это точно были эльфы — тёмные и знатные.
Во-первых, всадники в доспехах чёрного матового металла рассекали на больших кошках глубоко-фиолетового окраса. Во-вторых, карета так же была из чёрного металла, а украшающие её всего в нескольких местах прозрачные камни с аметистовой искрой внутри явно снижали вес — иначе четвёрка пантер не справилась бы!
