Наш «волжанин» был перед воротами в Гатчинский дворец уже через десять минут. Кованая решётка, источающая Эхо чужого таланта, поползла в сторону, и наш автомобиль, просканированный несколькими техномантами, покатился по дороге, рассекающей изумрудные газоны с кустами, выстриженными в виде различных фигур. Машина свернула налево, мимо ряда скульптур мастеров разных эпох и стран. Одна из них, надо сказать, была подделкой. Белой вороной среди товарок. В плохом смысле этого слова.
Нашу машину снова встретили, мне помогли выйти очень вежливые люди. Я почувствовал лёгкое касание психомантии и перехватил взгляд пожилого человека, стоящего неподалёку. Магистр, не ниже. Ярко-голубые глаза одарённого излучали спокойствие. Однако я был уверен, что при необходимости этот старец с таким же умиротворённым видом вывернет мой мозг наизнанку, а все мои привычные обереги остались в домике, где меня готовили к встрече с Императором. Без них я ощущал себя голым.
— Прошу, — сказал Губарев и указал мне на дорожку, ведущую к дворцу.
Я шёл по парку, приближаясь к потрясающему произведению искусства, созданного руками строителей по планам знаменитых архитекторов, и задыхался от могущества Эха. Сюда бы протянуть силовую линию. Прекрасное место. Конструкт — великолепное изобретение, и способен сотворить многое. Объединить магию и технологию, открыть невероятные горизонты.
Но создать такое чудо, как дворец, могут только объединившиеся таланты десятков, сотен людей.
Я старался не озираться и держаться спокойно, но внутри всё захлёбывалось от восторга и бьющего Эха. На крыльце, в длинных коридорах, украшенных полотнами различных мастеров, в просторных залах, со звенящими полами. За мной поступью командора двигался Губарев, а почётные караулы охраны щелкали каблуками, вытягиваясь при нашем приближении.
Наконец, мы остановились перед массивной дверью, с кованым гербом Империи. Два солдата по краям застыли по стойке смирно, старательно глядя куда-то вперёд и ввысь. Генерал-адъютант обошёл меня и остановился у входа. Коротко постучал, дождался тихого: «войдите» и приоткрыл дверь. С него снесло всё высокомерие.
— Всемилостивейший Государь, простите за беспокойство, но Баженов уже здесь.
— Кто? — не понял находящийся в кабинете Император.
— Баженов. Зодчий. Вы просили…
— Ах да, пусть заходит. А ты подожди снаружи.
— Слушаюсь!
Генерал обернулся ко мне и сделал страшные глаза.
— Помню. Вилку в левую, — одними губами сказал я, сбрасывая напряжение шуткой, и вошёл в кабинет Императора.
Правитель Российской Империи сидел за большим столом из тёмного дерева. На столешнице лежала пачка бумаг, а сам Император, одетый в простую белую рубаху с расстёгнутым воротом, задумчиво крутил в пальцах ручку, глядя в окно на внутренний парк. Там, в пруду медленно гнул шею красивый лебедь, а в небольшой беседке сидела дама в белом наряде и читала.
— Приветствую вас, Михаил Иванович, — повернулся ко мне Император. — Присаживайтесь.
Я поклонился и прошёл к креслу напротив. Он внимательно наблюдал за мной, не прекращая поигрывать ручкой, а затем положил её на стол, будто поставив точку своим мыслям.
— Не ожидал, — вдруг сказал он. — Вы очень молоды, Михаил Иванович.
— Это пройдёт, всемилостивый Государь.
Губы Императора тронула улыбка. Он, не отрывая взгляда, открыл ящик стола. Вытащил оттуда папку и положил перед собой.
— Как вы думаете, Михаил Иванович, почему вы здесь?
— Затрудняюсь ответить, всемилостивый Государь, — честно признался я. Вариантов было несколько.
Император постучал пальцам по папке:
— Ответ здесь.
Он подвинул её в мою сторону.
Пока я открывал папку, Император исследовал меня пытливым взором. Но уже на первом листе внушительной пачки документов всё стало понятно. Передо мной была патентная заявка на Фокус-Столбы. Я перевернул страницу, затем другую. Александр Сергеевич знатно поработал. Он вообще спал с моего отъезда⁈
— Ничего похожего никто никогда не делал, — сказал самодержец, когда я поднял на него взгляд.
— Я польщён, Ваше Императорское Величество, что мои скромные труды привлекли Ваше внимание…
Он поморщился и требовательно постучал пальцем по столешнице:
— Стоп-стоп-стоп, Миша. Без этого обойдёмся. Без скромности и дипломатических танцев. Я хочу знать, как это вообще тебе в голову пришло?
Я пожал плечами:
— Не знаю… Просто увидел. Просто понял, как должно быть.
— Просто понял… — эхом повторил Император, откинулся на спинку, не отрывая от меня взгляда. — Просто понял. Хорошо же. Ты голоден, Миша?
Я подумал про вилки и порядок работы с ними, вбиваемый мне Губаревым в течение полёта. Если трапезы можно избежать — так и поступлю. Поэтому медленно помотал головой:
— Нет, Ваше Императорское Величество, благодарю Вас.
— Прекрасно. Тогда сразу к делу. Я вызвал тебя, Миша, чтобы сказать: я забираю этот патент.
Он ждал реакции, но я умею держать себя в руках. Но вопросительный взгляд всё же изобразил. Я почувствовал касание психоманта. Мы не одни? Или это сам Император меня зондирует?
