Магии в правителе Российской Империи было очень много, но в чём его дар я никак не мог понять. Будто бы смотрел на солнце без очков.
— Ты знаешь, что такое принудительная лицензия? — спросил он, спустя несколько секунд тишины.
— Конечно, Ваше Императорское Величество.
— Тем лучше. Я не хочу, чтобы такое изобретение принадлежало только тем, кто заплатит за него. Я хочу, чтобы все Конструкты, от Гродно до Нового Тихвина имели эти постройки.
Я почувствовал присутствие на нашей встрече кого-то ещё. Кого-то третьего. Меня исследовали и испытывали. В соседней комнате был психомант, отмечающий мои реакции на слова самодержца.
Пусть восхитится моим спокойствием. Я пройду любые проверки. Император тем временем продолжал:
— Тебя и твоего наставника я, разумеется, не обижу. И не думай, будто бы большим секретом является тот факт, что имя Павлова стоит на этом патенте для галочки.
Врать августейшей особе я не собирался, и Императора, кажется, удовлетворило моё молчание.
— Я разбираюсь в работах Александра Сергеевича, Миша. Он один из моих любимчиков среди ныне живущих Зодчих. В этой схеме, — он снова постучал по папке, — от него только его фамилия.
Я терпеливо ждал продолжения.
— Но я понимаю, почему это сделано именно так, и потому закрою глаза, — вздохнул Император. — Поддержание благоденствия России требует большое число институтов и иногда они становятся… Неповоротливыми. Однако я верю в людей и в их способность находить изящные решения. Голова должна работать.
Он улыбнулся.
— Когда всё слишком просто, то нет тонизирующего воздействия, Миша. Но я не об этом. Скажи, у тебя, совершенно случайно, нет ещё чего-нибудь, что ты вдруг «просто понял»?
— Пара идей имеется… — уклончиво ответил я.
— Хорошо. В таком случае, Миша, я хотел бы видеть тебя в столице. Проси всё, что хочешь. Я обеспечу тебя всем необходимым. Конструкты — это наше будущее, Миша. И мне кажется, ты понимаешь это как никто другой.
— Ваше Императорское Величество, — тихо произнёс я. — Если и вправду мне позволено просить… То я хотел бы остаться на фронтире.
Император вздёрнул бровь:
— Фронтир может держать кто угодно, Миша. А находить то, что ты «просто понимаешь» — больше никто.
— Моё место там, Ваше Императорское Величество.
— Хорошо, — он открыл второй ящик, вытащил оттуда новую папку и положил рядом с первой. — Раз уж мы заговорили о фронтире. Порченое золото. Сверхоружие против Скверны. Тоже «просто понял»?
— Наблюдения, Ваше Императорское Величество, — признался я. — Окрестные деревни десятилетиями не подвергались атакам. Твари Скверны проходили мимо домов, нападая на заставу, на солдат, на Зодчих, а сами поселения не трогали. Я просто задался вопросом почему. И нашёл ответы.
Он кивнул своим мыслям, исследуя меня, и произнёс:
— Тебе потребовалось несколько недель на то, до чего не додумались ведущие специалисты за прошедшие годы. И мало того, ты сумел ещё и границу Изнанки продавить. Откуда ты такой появился, Миша?
— С Урала, — пожал плечами я. Губы Императора тронула улыбка.
— Это было хорошо, — сказал он. — Миша с Урала.
Послышался звук выдвигаемого ящика и на стол легла следующая папка.
— Здесь у меня отчёты собранные несколькими службами, Миша. От Секретной Службы и Имперской Комиссии по борьбе со Скверной, до Тринадцатого Отдела и Министерства по земельным вопросам. Одни положительные характеристики.
Он достал из папки несколько документов:
— Также тут у меня находятся прошения по двум Конструктам и запрос на возведение ещё одного. Плюс решение по новым землям. Во всех бумагах фигурирует твоё имя.
Император демонстративно взял ручку и подписал первый из них, затем вторую, не отводя от меня взора, затем третью. После чего протянул документы мне и аккуратно положил ручку на стол. Я взял бумаги, бегло проглядел.
— Это слишком щедро, Ваше Императорское Величество!
— Возможно, Миша. Нет сомнений, я мог бы отдать земли талантливому человеку другого рода. Передать Конструкт проверенному Зодчему, ждущему своего шанса уже много лет. Отказать в прошении Володина, и обязать тебя поддерживать Конструкт во Влодаве за счёт какого-нибудь выпускника Академии. Это имело бы смысл, если бы мне захотелось наблюдать, как на вдруг ожившем направлении внезапно образуется хаос и заплетётся клубок интриг, отбрасывая наши успехи. Тот регион стал мне крайне интересен, Миша. Я делаю ставку на тебя, понимаешь?
— Благодарю вас, Ваше Императорское Величество. Постараюсь не осрамиться.
— Постарайся, — согласился Государь. — Говорить буду прямо: на моём веку не так часто попадались люди таких талантов, Миша. Ты поцелован Богом, не иначе.
Он перекрестился и продолжил:
— Отмечу, что в твоих глазах слишком много мудрости для столь юного возраста. Но всё же скажи мне, Миша, сумеешь ли ты откусить такой кусок пирога? — во взоре Императора появилось сомнение.
— Пока я плохо представляю его размер, — признался я.
