Бо€льшую часть ночи Агата пыталась повторить изображённые на картинках позы, благо этих картинок было много. Она не знала, насколько правильно получается: те танцы, которым её обучали, были совсем другими. Но, переступая босыми ногами по мягкому ковру и пытаясь повторить причудливые позы и движения рук, она чувствовала, что делает хоть что-то. В конце концов, она не танцовщицей собирается стать, а станцует ради того, чтобы выторговать для себя лучшую долю.
Отец когда-то дал надежду, что позволит ей заниматься семейным делом, но вместо этого продал её Орхану. Если после этого танца Орхан позволит ей вникнуть в то, чем занимается, стать его помощницей, то её жизнь после навязанного брака будет иметь хоть какой-то смысл. Именно поэтому Агата, перед которой распахнули выходящие на огромный балкон двери, дрожала под тонкой абаей: она очень надеялась, что не ошиблась.
Загадочный Восток – непостижимый Ануар!
С одинаковым спокойствием Орхан аль Гаффар отдаёт приказы о казни и целует её руку, обещая жаркую и страстную ночь любви… Договорной брак для него явно стал чем-то большим, если вспомнить, как он смотрел на том застолье.
Её провели на балкон, откуда открывался вид на роскошный, украшенный цветущими деревьями внутренний двор дома. Агата не удержалась и за спинами окруживших служанок бросила быстрый взгляд на будущего мужа, который с невозмутимым видом сидел на высоком кресле с резными подлокотниками. Чёрный непроницаемый взгляд был направлен вперёд, в то время как к Орхану с другой стороны склонился Хайрат и что-то торопливо наговаривал.
Великий повелитель этого дома не взглянул на свою невесту, словно ему это было не положено. Он только крутил в руках сверкающие на солнце чётки из чёрного полированного камня и явно чего-то ждал.
Тонкая цепочка подаренного ожерелья щекотно скользнула по животу, вызывая мурашки, когда Агата, следуя жесту Фадии, опустилась на роскошное ложе поодаль от Орхана. Сиденье оказалось мягким, а спинка и подголовник – жёсткими, и заставили выпрямить спину.
Все это время её таким плотным строем обступали служанки и девушки из гарема, что не было возможности толком осмотреться.
Фадия сжала плечо и сказала шёпотом:
– Пока сиди тихо. Наворотила дел…
– Как скажете, – прошептала в ответ Агата, дёрнув губами и не глядя на Фадию, а уставившись на большую арку из белого камня, увитую зеленью, за которой виднелись подходящие к дому люди.
С высоты второго этажа хорошо видно было весь двор, по периметру которого замерли стражи Орхана в белом – довольно устрашающее зрелище, учитывая, что каждый из, наверное, полусотни мужчин был вооружён широкой изогнутой саблей, а суровые лица под огромными головными уборами выражали скорейшее желание исполнить любой указ Орхана.
Снова раздался продолжительный зов трубы, к нему присоединился ещё десяток, и будто по незаметному приказу процессия в ярких одеждах двинулась во двор. Впереди пошли одетые в ярко-фиолетовые и оранжевые наряды барабанщики. Они принялись отбивать торжественный ритм, и по коже Агаты пробежали мурашки – словно она не просто должна выйти замуж, а станет женой настоящего султана.
Музыка становилась всё громче. Должно быть, на этот праздник собралась вся знать города! Агата не могла отвести взгляд от торжественной процессии, шествующей под звуки барабанов и зов медных труб, а пальцы сами собой начали отбивать ритм.
На ещё один её быстрый взгляд Орхан снова никак не отреагировал. Он не сказал ни слова с тех пор, как Агату привели его люди, выцепив из публичного дома. Не выдал ни единым движением брови хоть какую-то эмоцию. Просто вернул себе по неловкости утерянную вещь, но лучше бы об этом и вовсе не вспоминать.
Айру, слава богам, не было видно поблизости, и Агата выдохнула. Что ж! Она и правда пыталась оставить наложнице её роль любимицы и первой в очереди к постели повелителя, но сам повелитель решил иначе.
Больше всего Агату сбивало то, что она совершенно не понимала будущего мужа. Нужна ли ему жена вообще? Или она действительно бесплатное приложение к артефакту на её ноге? Что, если его даже танец не проймёт? С другой стороны, эта была традиция, древнейший обряд, а уважение к традициям сильно в Ануаре. Агата нервно кусала губы, пользуясь тем, что под покрывалами всё равно ничего не видно.
Торжественное шествие продолжалось и продолжалось. Орхан благодушно кивал проходящим гостям, которые длинной вереницей несли ему дары на свадьбу. Агата уже не могла сосчитать наряженных в разноцветные ткани верблюдов, нагруженных тюками, золотых блюд с драгоценностями и мешочками специй, танцовщиц, мелькающих в ярких одеяниях и склоняющихся ниц перед Орханом под ритмичные удары барабанов.
Казалось, каждый хочет теперь заручиться поддержкой и влиянием Орхана аль Гаффара и спешит предстать перед его очами, демонстрируя свою щедрость и вес в ануарском обществе.
