Странная бесшумная вода выглядела пугающе, но стоило мальчику зачерпнуть горсть бледно-голубой влаги, как воздух вокруг тут же наполнился гармоничными и созвучными ароматами различных вкусностей. Ричард, наконец ощутивший, насколько он голоден, жадно выпил родниковой воды. И первое, что напомнила ему испитая жидкость, был свежий ягодный сок, но потом, совершенно неожиданно, вкусы принялись сменять друг друга, приобретая тона аппетитных булочек и даже медовых тортов. Вода будто знала, что из десертов больше всего любит Ричард и тут же подбирала ему их вкус. Мальчик же не нашёл другой благодарности ручью, как напиться из него вдоволь.
— Осторожнее, — с тревогой предупредила Нира, наблюдавшая, как Ричард жадно пьёт. — Вода очень холодная.
— Угу, — кивнул Ричард и слегка умерил пыл.
В этот момент мальчик заметил, что ручей в том месте, из которого он черпал воду, несмотря на свою скоротечность, вдруг стала больше напоминать серебряное зеркало. Ричард в ужасе замер:
— Это… Это я?
— Да, — удивившись, подтвердила Нира. — Ты. А что, что-то не так?
Из воды на Ричарда смотрел, сурово сведя брови и отражая ярко-зелёный блеск глаз, темноволосый юноша. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что всё ребячество с него давно смыто временем. Мужественные и суровые черты лица придавали ему некую аристократичность и величие, но весь образ нового Ричарда был пропитан необъяснимой грустью.
— Но я же…Я… — непонимающе пробормотал Ричард и отсел от ручья с ошарашенным видом.
— Ри… Ричард, что случилось? — Нира подсела к юноше и приобняла его за плечи. — Что не так?
— Сколько я здесь? — после длительной паузы тихо выдавил из себя Ричард. — Это же невозможно — без еды и воды. в конце-то концов! Этого не бывает, чтобы человек за столько… И вот так!
— Я не… — Нира озадаченно смотрела на Ричарда и тут в её глазах сверкнула нотка понимания. — Ты ведь был другим, когда зашёл сюда, верно?..
— Да… Почему всё так? — едва слышно спросил Ричард, уставившись в землю пустым взглядом.
— Это Лес. Тут… Тут всё немного иначе, — Нира крепко обняла юношу. — Прости, я не знала. Мой дом обидел тебя. Так не должно быть. Мне очень жаль.
Ричард ощутил, как девушка вздрагивает, прижавшись к нему, и тихо всхлипывает. В этот момент ему показалось, что у них одни эмоции на двоих. Но слёзы девушки постепенно отрезвляли его, приводя в чувства. «Да, я стал старше», — думал про себя Ричард. — «Но почему это так плохо? Неужели это стоит её слёз? Хоть чьих-то слёз?».
— Всё в порядке, — Ричард взял девушку за руку, придя в себя. — Я не сержусь ни на твой дом, ни на тебя. Ты не виновата, Нира. Просто меня тревожит, что прошло столько времени…
— Нет! Нет! — тут же с жаром перебила его Нира. — Время в Лесу течёт совсем по-другому! Я не могу этого объяснить, но уверена, что там, откуда ты пришёл, ещё даже не начался новый день, если так было нужно.
— А Лес так может? — удивился Ричард.
— Он всегда слушает, что в твоём сердце. Ты правда не злишься? — голос девушки снова дрогнул.
— Не злюсь, — ласково улыбнулся юноша. Слова Ниры успокоили его. — Всё хорошо.
Они бы ещё долго просидели в обнимку, держась за руки и наблюдая за течением ручья. Ричард твёрдо решил сам для себя понять, каков он теперь. Поэтому в какой-то момент он встал и уверенно подошёл к ручью, уставившись в его серебряное зеркало. Нира осторожно подошла сзади и тоже заглянула в него. Они оба выглядели, как король и королева невероятной страны. Их взгляды были одновременно ласкающими и суровыми. Почему-то в этот момент Ричард посчитал правильным взять девушку за руку и плавно сплести свои пальцы с её. В ответ девушка мило улыбнулась и чуть крепче сжала его руку.
***
Ричард стоял у странного ручья, пытаясь осознать свой новый возраст. Вода была чёрной как ночь, а берега густо поросли тёмно-зелёной мясистой травой, острой, как лезвия ножей. Но её острота была только видимой — на самом деле травинки не причиняли никакого вреда и были мягкими и податливыми. Над ручьём нависал суровый и мрачный лес: хвои и сосны, могучие дубы и высохшие до черноты берёзы грозно раскачивались от порывов ветра. И каждое дерево в этом лесу было искорёжено, вывернуто и изодрано, будто всю жизнь росло под неустанными ураганными ветрами. Вокруг юноши не было ни души, только ручей шумно бурлил и переливался, будто куда-то спешил сломя голову. Но Ричард был почти уверен, что внутри этой мертвенно-чёрной воды не существовало ничего живого.
— Ричард, — тихим эхом прокатилось по изувеченным тёмно-зелёным кронам. — Ричааард….
Парень зашагал по траве навстречу шелесту его имени, то и дело перебираясь через рухнувшие стволы погибших деревьев. Он шёл не боясь, почему-то зная, что впереди не будет ничего страшнее того ручья.
— Ричаард, — не унимался шелест. Нашёптывая и нашёптывая его имя сотнями различных голосов, словно молитву.
