— Значит это сон, — прошептал мальчик. — Но каким реальным он был!
Еркин посмотрел на спящего Джуласа, привязанных к дереву Арслана и вороного аргамака, чтобы еще раз убедиться в том, что его ночное посещение Маргуша приснилось.
Тем же утром они присоединились к каравану, отправляющемуся в Бухару. А через несколько дней оставив позади пугающие смертью и опасностью туркменские пустыни, достигли Аму-Дарьи и расположенный на ее крутых берегах богатый город Чарджуй. Этому городу, возникшему на Великом шелковом пути, было несколько столетий. Возвышающийся над быстрыми водами самой большой среднеазиатской реки, его низкие глинобитные постройки утопали в зелени и были окружены плодородными садами, питаемыми многочисленными арыками. На высоком холме построена мощная крепость, с которой сарбазы эмира зорко следили за окрестностями, боясь нападения со стороны хивинцев.
Караван остановился в Чарджуе на один день. Скучающий Джулас направился в чайхану, находившуюся рядом с шумным базаром. После текинского плена у них не осталось денег, однако к ужасу Еркина молодой сарт сел за игру в кости.
— На что же ты играешь? — прошептал в ухо Джуласа испуганный мальчик. — Неужели поставил на вороного аргамака? Но ведь нам надо еще добраться до Бухары, а потом до Карши. Ты же уже заключил сделку с караван-баши о вороном коне.
Джулас только громко рассмеялся в лицо мальчику. Потом молодой сарт весело ему подмигнул и тихо сказал:
— Ты слишком много беспокоишься. Удача или неудача. На всё воля Аллаха. Все дороги ведут в священный город. Рано или поздно мы там будем.
Взволнованный Еркин следил за игрой. Джулас выигрывал. Получив несколько тенге, молодой сарт перестал играть. Заказав в чайхане душистый плов и бодрящий чай, друзья вскоре направились на базар. Джулас поделился с мальчиком своим выигрышем, и Еркин тут же купил пиалу с изюмом манулу, а Арслану его любимые ячменные лепешки. Обойдя почти весь базар, Джулас и Еркин остановились у лавки торговца диковинными вещами. На прилавке были выставлены различные приборы: секстанты, компасы, старинные часы, а также книги на арабском, персидском, латинском и древнегреческих языках. Такие товары не часто можно было встретить на базаре.
Торговец походил на перса. Его длинная борода была выкрашена хной в темно-красный цвет, который почему-то напомнил Еркину цвет спекшийся крови. Заметя, что наши друзья с интересом рассматривали товар, торговец прокричал:
— Эй, могу продать вам немного удачи.
— Что ты мелешь, старик? Удачи у меня всегда с лихвой, — посмеялся над его шуткой Джулас.
— Знаю, — глухим голосом ответил старик. — Но поверь, что сегодня ты израсходовал все свою удачу, отведенную тебе Аллахом, до самого последнего нухуда[3]. Ведь ты поставил на прекрасного вороного аргамака. А что было бы, если ты его проиграл? Как бы вы добрались до Бухары? Ведь твоему юному спутнику надо торопиться.
Джулас нахмурился, а Еркин вздрогнул.
— Откуда тебе так много известно о нас? — спросил старика молодой сарт. — Ты что следишь за нами?
— Я кое-что знаю, — ответил торговец, — ведь я торгую на самых разных восточных базарах. Поэтому мне многое известно. Вся Бухария наслышана о мальчике-кочевнике и его танцующим коте. На каждом базаре только и говорят об их удивительных представлениях.
Старик хоть и говорил на узбекском, но в его речи было много персидских слов.
— А удачу я вам продам недорого, — пообещал старик. — Знаю, что у вас почти нет денег, — добавил старик, прищурившись, кривя рот в неприятной улыбке. — Ведь я и сам когда-то был бессребреником, — продолжал торговец, воспользовавшись оцепенением своих собеседников. — Даже пробовал как-то продать собственную тень шайтану. Ведь купля-продажа в этом мире ведется не только материальными ценностями. А однажды нагрузил три телеги: одну обманом, другую интригами, а третью сплетнями и приехал на бухарский базар. И что думаете? Уже к полудню продал все три телеги эмиру и его могущественным бекам и приближенным. Но вам-то я готов продать то, что вам действительно нужно — удачу. А вернее ключ, который раскроет тайну о том, кто зверски убил бывшего чиновника эмира по прозвищу эфенди.
По спине Еркина пробежали мурашки. Откуда чужестранному торговцу известны такие подробности?
— А что ты просишь взамен? — спросил мальчик.
— Знаю, что у вас сейчас почти нет денег, но вы можете подписать со мной договор, по которому отдадите мне всего-то три процента с тех сокровищ, которые найдете благодаря скрижали.
Это было уже слишком. Если Еркин еще мог допустить, что слухи о танцующем мануле и о заточении мальчика по подозрению в убийстве эфенди могли каким-то образом дойти до торговца на базаре, то о золотой скрижали торговец никак не мог узнать. Может перс был послан Гарибом?
Джулас же недолго думая схватил старика за горло и зловеще прошептал:
— Если тебе дорога жизнь, сейчас же рассказывай, кто послал тебя за нами следить?
