– Ерунда. Поцарапалась. Пойдем отсюда потихоньку. Пить хочу…
На ходу он протянул руку и потрогал запекшуюся корку у меня на челюсти.
– Это ножевая рана. Где ты была?
– В порту. Пепел, отстань. Никто мне голову не отрезал.
– Но пытался.
– Хватит меня колупать! – Я оттолкнула его ладонь. – Прибавь шагу. Мне надо умыться и пробраться в Бронзовый Замок.
– Тебе нельзя туда. Тебя ищут. Я слышал, вчера ночью вернулся Кадор Седой, который главный королевский нюхач. А утром на площадях зачитали королевский приказ о поимке некоей Лесты Омелы, побродяжки и шарлатанки. За твою голову обещают… постой-ка.
Он, раздернув завязки, снял плащ и набросил его мне на плечи.
– Зачем?
– Белое из-за ворота сверкает. Заколка потерялась. Слышишь, что говорю? Нельзя тебе в замок, госпожа.
– Мне никуда нельзя. Никуда. Меня ищет Кадор Диринг, меня ищут какие-то собачьи монахи. Меня преследует полудурок Кайн со своей моськой и прилюдно обзывает навьей. Мне хотят накрутить хвост пьянчужки в фиолетовых шапках. Какие-то малолетки в порту чуть не перерезали мне горло! Принцессу вот-вот убьют! Найгерта кто-то травит! Каланду кто-то украл! Райнару свели с ума! Чертов мантикор шарахается по лесу и не желает возвращаться на остров! Амаргину на все наплевать! Ютер трусит и хочет отмежеваться! Ратер обиделся как дурак и бросил меня! Все меня бросили! Все!
– Тише. – Пепел перехватил мои руки. – Не кричи… ты не права. – Он вдруг рывком обнял меня, прижал к себе, к тщедушной костлявой груди. Крепко пахнуло потом, у меня запершило в носу. Шляпу перекосило, она предательски поползла с головы. – Тише, тише. Я тебя не бросил. Я с тобой.
– Шляпа! – Я выдрала руку и схватилась за поля. – Холера, Пепел, ты мне шляпу свернул! – Я быстро огляделась. Мы стояли на углу, в тени нависшего над улицей второго этажа. – Хватит обжиматься, люди смотрят.
Вытерла рукавом нос. Эк меня сорвало… стыд какой.
– Все, – сказала я. – Лучше Кадор Диринг, чем монахи. Что он мне сделает, Кадор? Опять в реку кинет? Если он не дурак, он поймет – только я могу помочь принцессе. Только я могу найти убийцу. Без меня, – я ткнула себя пальцем в грудь, – они не справятся. Так что плевать, пусть ищут. Я сама к ним приду.
– Тогда я пойду с тобой.
– Неееет. Я узнала кое-что такое, за что любому моему спутнику снесут голову. Мне не снесут, потому что я им нужна. А тебе снесут.
– Что такое ты узнала? – Пепел нахмурился. – Сегодня ночью? В порту? Или… на могиле королевы?
– Меньше знаешь – лучше спишь.
– Леста!
– Ничего больше не скажу. Если хочешь, проводи меня до замка. Сейчас главное, чтобы меня псоглавцы не перехватили. Пойдем. Даже умываться не стану.
Пока хватает решимости. Если буду медлить – струшу. Кадор Диринг вряд ли бросит меня в реку, тем более опыт показывает – такое не тонет. А вот что остановит господина Диринга вздернуть меня на дыбу?
Оу, брррр! При мыслях о дыбе меня продрало дрожью, даже волосы под шляпой зашевелились. Еще не поздно – повернуться и быстрым шагом к Паленым Воротам, прочь из города, и больше никогда…
Помнишь, Леста Омела, как ты боялась нырять в подводный лабиринт? Но ведь ты сделала это – ради рыжего мальчишки, паршивца неблагодарного, где он сейчас? Чем принцесса хуже – сделай это ради нее. А благодарность… шут с ней, с благодарностью. От каждого благодарности ждать – поседеешь. Впрочем, с ними и так поседеешь, с такими друзьями. Никаких врагов не надо.
Я посмотрела на бронзовые шпили, плывущие над крышами. На белые ступени труб, на вымпела и флюгера, на птиц, кружащих в сером небе, и на само небо, лишенное солнца. С одной из фахтверковых галерей блеснула искорка – кто-то отворил окно, и стекла переплета отразили рассеянный водянистый свет. Кто-то смотрел с башен замка на город. Я улыбнулась ему, невидимому – через крыши, через стены, через расстояния. Кем бы он ни был…
По вырубленной в скале дороге к замку я шла уже одна. Пепел остался внизу, в истоке улицы Олений Гон. Пару раз оглянувшись, я видела его нелепую фигуру, шатким пугалом торчащую среди людей и повозок.
Впрочем, я скоро забыла о нем – ворота маленькой крепости охраняли двое стражников. Опершись на копья, они мрачно следили за моим приближением. Я выбрала того, который выглядел постарше и потолще – толстяки в возрасте всегда казались мне людьми добрыми, хотя я знала, что это впечатление частенько бывает ошибочным.
– Доброго дня, доблестные стражи. Доложите о моем прибытии господину Кадору Дирингу.
Толстяк нахмурился: чумазый мальчишка в новом плаще говорил женским голосом.
– Эттта что еще такое?
– Господин Кадор Диринг изъявил желание меня видеть, и я пришла. Меня зовут Леста Омела.
