Золотая ветвь полностью

– Вы шли сюда через большую площадь, где стоит наш главный собор – Храм Творца,– торопливо заговорила Иржита.– Чтобы дойти до ворот, вы должны обойти собор слева. Но вам надо свернуть направо, на улочку, возле которой стоит статуя… Она там одна и высится точно напротив собора. Улочка начинается строго за нею и выведет на другую площадь, где находится крытый невольничий рынок. Вот там-то и следует повернуть налево. Вы увидите два одинаковых здания. Идите туда. Оттуда рукой подать.

– Налево до статуи, потом прямо до рабского дома, потом налево до домов-близнецов, а там и слепой разыщет,– подытожила орчиха и сошла с лестницы.– А это правда?

– Если я не права,– Иржита осталась на нижней ступеньке,– что вам мешает завтра ворваться во дворец и отрубить мне голову? Но торопитесь! Я уверена, что сотник уже послал кого-нибудь, чтобы предупредили Хаука!

Она последний раз кивнула оркам и скрылась в низком коридорчике под лестницей – проходе для доверенных слуг и тех, кто спешит подслушать чужой разговор. Княгиня не чувствовала угрызений совести и не боялась, что Хаук успеет улизнуть, а за ее головой будет объявлена охота. Эти орки не знают дворца так хорошо, как она. Им придется потрудиться, прочесывая все его тайные закоулки!

Княгиня была права – в тот самый момент, когда она заговорила с орчихой, Уртх как раз отпустил молодого Эйтха с напутствием немедля бежать к Хауку в казармы. Сотник прекрасно знал своих подчиненных. Юный орк боготворил бывшего капитана – частично из-за его высокого статуса, а частично из-за его жены. Он расшибется в лепешку лишь бы заслужить кривую улыбку Хаука.

Эйтх покинул дворец обычным орочьим способом – через окно на первом этаже, ловко приземлившись на кустарник, под которым все ночные дежурные справляли нужду. Приземлившись на ноги, он тут же упруго вскочил и рысью заторопился прочь, стараясь до поры не привлекать к себе внимания. И краем глаза, выбегая через боковые ворота, заметил, что орочье посольство, соединившись с ожидавшим снаружи эскортом – во дворец прошли всего семеро, но на самом деле в ворота проникло пятьдесят орков,– свернуло как раз в сторону казарм.

Их кто-то успел предупредить! Эйтх отбросил осторожность и побежал во весь дух.

На его счастье, ему не было нужды «держать лицо», и, лучше зная Ирматул, он выбрал более короткий путь, срезая углы через дворы и перескакивая через заборы. Вслед ему летели проклятья вперемешку с комьями земли, но он не замечал ничего. Главное – обогнать чужаков.

Ему повезло: едва свернув последний раз за угол, он увидел Ласкарирэль. Девушка шла через улочку с ведром воды.

– Ласка! – завопил Эйтх.– Где Хаук?

– Там…

– Зови скорее! За ним пришли!

Девушка выронила ведро и схватилась за сердце. Все в городе знали, что под стенами встала армия орков, и в казармах давно уже гадали, не придется ли драться с соплеменниками. Эйтх не дал девушке времени – он схватил ее за руку и помчался в казарму.

– Хаук! – завопил он с порога.– Это за тобой! Скорее!

Хаук спокойно точил свой талгат и не спеша поднял глаза:

– Кто? Зачем?

– Сотник был там и все слышал,– отдуваясь после бега, зачастил Эйтх.– Это войско Верховного Паладайна… Они требуют твоей выдачи… Сказали, что если тебя не приведут до рассвета, пойдут на штурм… Но им кто-то сказал… Полсотни мечей уже на полпути к казармам… Уже совсем близко… Тебе надо уходить!

– А что княжич? – Хаук по-прежнему сидел. Только пальцы поудобнее перехватили рукоять талгата.

– Обещал до завтра,– пожал плечами Эйтх.

– Дает, значит, время! – Хаук встал, стал надевать на плечи ножны талгата.– Чего стоишь, Ласка? – через плечо обернулся на жену.– Собирай вещи! Мы уходим немедленно!

Девушка заметалась, хватаясь то за то, то за другое. Вещей набралось не так уж и много, но почему-то она никак не могла понять, куда делись мешки, поэтому стала сваливать все добро на одеяло, чтобы после связать из него узел. Какой-то орк подошел и сунул ей собственный вещмешок – она взглянула мимо него расширенными недоумевающими глазами.

– Хаук! – едва не взвыл Эйтх.– Можно, я с вами? Все-таки два меча лучше, чем один!

– Паренек прав,– вступил в беседу Тврит.– Ведь с тобой женщина…

Хаук цветисто выругался, намекая, что без этой мог бы сейчас вполне обойтись. Ласка вздрогнула, как от удара. Однако она не успела и рта раскрыть – снова бухнула, распахиваясь, дверь.

– Сюда идут! – крикнул появившийся на пороге орк.– Полсотни чужаков! Только что спрашивали, где казармы! Они уже в конце улицы!

– Так! – Тврит выпрямился.– Всем слушать меня! Заложить дверь, приготовить оружие… Хаук, возьмешь Эйтха! Это приказ! Мой последний тебе приказ, – отчеканил он, вплотную подходя к тому.– Уходить будете через окно. Там мимо отхожих мест и огородами. Есть тайный ход из города – Эйтх доведет тебя до пустыря, что за Храмом Черного Света, а там,– он поманил Хаука пальцем и прошептал ему, как найти примету, открывавшую ход.– Мы их тут задержим. Иди!

Он попытался обнять Хаука за плечи, но тот отступил.

– Вы ничего не знаете,– начал он.