– Это всего лишь жуткая дверь, – бормочу под нос, но как бы хотелось, чтобы рядом была Эмони, чтобы она развеяла это мерзкое ощущение шуткой о внутреннем убранстве.
Одной рукой схватившись за уголки скатерти, я побуждаю себя повернуть ручку и войти в комнату. Дверь тут же с щелчком закрывается за мной, и сердце подскакивает к горлу.
Я остаюсь в темной и узкой комнате перед зловещей стеной.
Она не сразу была построена в этом доме, потому как громоздко крепится к потолку и плохо прилегает к примыкающим стенам. Она построена из толстых каменных кирпичей, которые должны быть снаружи дома, а не внутри. А еще по всему ее периметру тянутся крест-накрест железные скобы, напоминая железные клетки, которые так часто привинчивают к могилам, чтобы помешать грабителям.
Смотря на стену, я чувствую, как потеют ладони. Сердце все так же гулко бьется в груди, запутавшись в клубке тревоги и страха, но меня все равно что-то тянет вперед.
Я оказываюсь прямо напротив стены. Руки покрываются мурашками, в ушах звенит, но я провожу пальцем по кирпичу, поняв, что ладони у меня мокрые не от пота. Это по ладоням скользит золото, вырвавшееся наружу.
Я оставляю на камне золотую полоску, похожую на капающий воск, но она почти вся испещрена линиями гнили. Они растягиваются и хаотично дрожат под жидким золотом, а мои вены отбивают ритм в ответ.
Что-то тут не так. Странно.
Я хмурюсь, увидев, как в щели кирпича проникает гнилое золото, словно ищет там что-то, пытается проникнуть сквозь стены и добраться до противоположной стороны.
Я быстро призываю силу к себе, но она откликается неспешно. Золото как будто нехотя отрывается от камня нитями, а потом оборачивается вокруг моего запястья тонкими, несгибаемыми браслетами. Мне приходится закалить жидкость, которая продолжает стекать по ладоням, но гниль расползается по ним, как стебли, тянущиеся к солнцу.
Сжав руки в кулак, я стискиваю их с силой, и они от усилия начинают дрожать.
Магия не желает уходить.
Она хочет вырваться на свободу, просочиться сквозь стену и кирпичи. Я могу запихнуть ее обратно, потому что часто в этом упражнялась, научилась не поддаваться ее пленительному зову.
Но это непросто.
Вряд ли я хочу знать, что скрывается по ту сторону.
Я лишь хочу найти ореанцев и убраться отсюда к чертовой матери, а потом рассказать обо всем Вику.
Еще какое-то время я смотрю на стену и отворачиваюсь.
Слева замечаю лестницу и быстро иду к ней. Почти бесшумно поднимаюсь по ступеням, устланным ковром, и понимаю, что дорожка стала грязно-серого цвета.
Поднявшись, я оказываюсь в коридоре. Окна здесь наполовину заколочены, отчего все вокруг погружено в полумрак, липнущий к стенам. Передо мной не меньше полудюжины дверей, а в конце коридора вижу поворот.
У меня уйдет очень много времени на то, чтобы одной обыскать этот дом, а время уже на исходе. Скоро меня начнет искать Велида, если уже не начала. Эмони нужно снять с меня чары, а вечером на ужин прибудет лорд Калл.
Пора спешить.
Все комнаты, что я осматриваю, оказываются пустыми спальнями, как и в другом доме. Но здесь в них стоит затхлый запах, в воздухе висит пыль. Комнаты заброшены, в некоторых нет ни матрацев, ни мебели. Я замечаю, как тут тихо, и от этой напряженной тишины волнение усиливается.
Но чем дальше я ухожу от той стены, тем сильнее успокаивается моя магия, что вызывает у меня еще большее недоумение и тревогу.
Я хочу повернуть ручку очередной двери, когда вдруг из-за угла доносятся шаги. Я даже не успеваю подумать, как поступить, как передо мной появляется служанка. Заметив меня, она чуть пошатывается, держа в руках тяжелый поднос.
– Привет, – улыбаясь, здороваюсь я и поднимаю мешок. – Мне нужно отнести этот тюк, но я не знаю, куда идти. Сюда? – спрашиваю я, показав на коридор, из которого она вышла.
Она смотрит темными глазами на мой трофей и кивает. А потом быстро проходит мимо, украдкой бросив взгляд через плечо и удалившись по лестнице. Служанка кажется такой же дерганой, как я.
Это успокаивает.
Собравшись с духом, я поворачиваю направо и вижу вместо дверей гостиную. Когда-то величавые окна теперь заколочены досками. Ковер украшен черно-серым орнаментом, а вокруг холодного камина стоят диваны и кресла.
В одном из кресел сидит стражник, закинув ноги на скамейку, и со скучающим видом ковыряет зубочисткой в зубах. Он сразу же меня замечает и раздраженно вздыхает.
– Разве ты не ушла только что?
Я в недоумении замираю.
– Это была другая служанка, сир.
Снова вздох.
– Чего тебе?
Я поднимаю мешок, и он бренчит.
– Ночные горшки. Мне сказали их отнести… если вы не против?
Он презрительно усмехается.
– Хитрый ход. Черт побери, я не служанка. Сама этим и занимайся.
Я чувствую радость от победы, но смиренно опускаю голову.
– Как скажете.
Предлог с ночными горшками действует безотказно.
Еще раз раздраженно вздохнув, он опускает ноги на пол и встает с кресла. Я иду за ним через гостиную и личную приемную. Мы останавливаемся перед дверью, и стражник достает ключ, болтающийся у него в петле на поясе. Он тут же вставляет его в замок, и я от предвкушения сжимаюсь.
