Они отпихнули в сторону тяжелый стол. Действительно, в кирпичной стене у самого пола была глубокая ниша. Ма Жун заглянул в нее и выругался.
— Она битком набита старыми ломаными монашескими посохами, — разочарованно сообщил он.
Двое друзей вышли через главные ворота и побрели к заставе. Отдав старшему стражнику необходимые распоряжения относительно доставки тела А Квана в суд, они сели на коней и поскакали в город. Когда они подъехали к западным воротам, уже стемнело.
Около суда они повстречали старшину Хуна. Он рассказал им, что как раз возвращается с верфи, где судья ужинает с Ку Менпином.
— Сегодня мне улыбнулась удача, — сообщил Ма Жун. — А потому угощаю вас обоих отменной трапезой в «Саду девяти цветов».
Войдя в харчевню, они сразу увидели По Кая и Ким Сана, сидящих вместе за угловым столом. Перед ними стояли два кувшина с вином. Шапка По Кая сползла на затылок: похоже, он был изрядно навеселе.
— Добро пожаловать, друзья мои! — радостно заорал он. — Давайте сюда, присоединяйтесь к нам! Ким Сан только что пришел, вы поможете ему догнать меня.
Ма Жун подошел к нему и сурово произнес:
— Прошлой ночью вы надрались, как обезьяна. Вы серьезно обидели меня и моего друга и нарушали спокойствие, визжа свои непристойные песни. За это приговариваю вас платить за вино! Закуску беру на себя!
Все рассмеялись. Хозяин принес незамысловатую, но вкусную еду, и все пятеро по нескольку раз опустошили чаши. Когда По Кай распорядился о новом кувшине, старшина Хун встал.
— Нам пора возвращаться в суд, как раз успеем к приходу судьи.
— Святые Небеса! — вскричал Ма Жун. — Конечно! Я же должен доложить о том, что случилось в храме!
— Неужели вы двое наконец узрели свет?! — недоверчиво спросил По Кай. — Расскажите же, какой храм удостоился ваших молитв?
— Мы поймали А Квана в заброшенном храме, — сообщил Ма Жун. — Он и вправду заброшен: там вообще ничего не осталось, кроме кучи сломанных посохов.
— Очень важные находки! — расхохотался Ким Сан. — Вот ваш начальник обрадуется!
По Кай собрался было проводить троих собутыльников до судебной управы, но Ким Сан остановил его.
— Давай останемся в этом гостеприимном заведении. Чаша-другая нам не повредит.
По Кай недолго колебался. Он снова сел со словами:
— Хорошо, еще разве что по капельке. Помните, что я осуждаю невоздержанность.
— Если для нас не окажется работы, мы к вам еще вернемся, — пообещал Ма Жун. — Просто посмотреть, как пьется последняя капелька.
Помощники застали судью Ди сидящим в одиночестве в кабинете. Старшина Хун обратил внимание на то, каким тот выглядит бледным и усталым. Но судья сразу расцвел, выслушав доклад Ма Жуна об обнаружении А Квана.
— Выходит, что мое предположение насчет убийства по ошибке оказалось верным. Но остается женщина. А Кван скрылся сразу после убийства, даже не взяв сундучок с деньгами; он ничего не знал о том, что там случилось после. Этот нечистый на руку слуга Ву вполне мог видеть третьего, без которого дело явно не обошлось. Мы все узнаем, когда его схватят.
— Мы обыскали весь храм и примыкающую к нему рощу, — сказал Ма Жун, — но мертвой женщины не обнаружили. Нашли только за алтарем кучу сломанных посохов, с какими обычно ходят монахи.
Судья выпрямился в кресле.
— Монашеские посохи? — с недоумением переспросил он.
— Только старые, ваша честь, совсем никуда не годные, — вставил Цзяо Тай. — Поломаны все до единого.
— Странная находка, — медленно проговорил судья Ди.
Он глубоко задумался. Потом встрепенулся и сказал Ма Жуну и Цзяо Таю:
— Хватит с вас на сегодня; идите и как следует выспитесь. Я останусь здесь и немного побеседую с Хуном.
Когда его бравые помощники откланялись, судья откинулся в кресле и рассказал старшине о сломанной доске моста в храме Белого облака.
— Я уверен, что это было умышленное посягательство на мою жизнь, — закончил он.
Хун озабоченно посмотрел на хозяина.
— Вообще-то, — сказал он, — доска вполне могла быть подточена червями. Когда ваша честь наступили на нее всем весом…
— Я не наступал! — воскликнул судья. — Я лишь слегка надавил, чтобы проверить. — Заметив недоуменный взгляд Хуна, он быстро добавил: — Просто когда я уже собирался ступить, то увидел призрак мертвого наместника.
Где-то так хлопнула дверь, что стены затряслись.
Судья Ди подскочил в кресле.
— Я же велел Тану починить эту дверь! — гневно вскричал он.
Бросив взгляд на побледневшего Хуна, он поднес чашку к губам. Но пить не стал, заметив маленькие серые крупинки, плавающие на поверхности чая. Аккуратно поставив чашку, судья произнес сдавленным голосом:
— Посмотри, Хун, кто-то подсыпал мне что-то в чай.
Оба молча смотрели на серые крупинки, медленно растворявшиеся в горячем чае. Внезапно судья Ди провел по столу пальцем и, взглянув на него, принужденно улыбнулся.
— Кажется, Хун, у меня сдают нервы. От хлопнувшей двери с потолка посыпалась известка.
Старшина Хун с облегчением вздохнул. Он подошел к чайному столу и налил судье новую чашку. Возвратившись на место, он заметил:
