— Два стражника запомнили мастерового, ваша честь. Он приходил в суд всего один раз, дней за десять до смерти наместника, когда тот вел вечернее заседание. Это был кореец с одного из стоящих в гавани судов, и он плохо говорил по-китайски. Выполняя мое указание, стражники препроводили его в библиотеку и остались там, следя за тем, чтобы он ничего не украл. Они утверждают, что лакировщик какое-то время возился с балкой, а потом спустился со своей стремянки, бормоча при этом, что лак очень сильно поврежден и придется перекрашивать весь потолок. Потом он ушел и больше не возвращался.
Судья Ди откинулся в кресле.
— И снова тупик! — с несчастным видом проговорил он.
Ма Жун и Цзяо Тай возвращались в «Сад девяти цветов» в отличном расположении духа. Когда они вошли в харчевню, Цзяо Тай радостно воскликнул:
— Теперь-то наконец мы сможем выпить по-настоящему!
Но когда они подошли к столу своих друзей, Ким Сан окинул их унылым взглядом и показал на По Кая, уткнувшегося головой в стол. Перед ним стояла шеренга опустошенных кувшинов.
— Господин По Кай слишком поторопился все это выпить, — печально сообщил Ким Сан. — Я пытался его остановить, но он и слушать ничего не хотел, только сердился. Я не знаю, что мне с ним делать. Если вы за ним присмотрите, я лучше пойду. Жаль, конечно, ведь нас ждет кореянка.
— Какая кореянка? — встрепенулся Цзяо Тай.
— Ю Су со второй джонки, — пояснил Ким Сан. — Сегодня у нее выходной, и она обещала показать нам с По Каем достопримечательности Корейского квартала, такие места, о которых даже я не знаю. Я уже нанял лодку, которая доставит нас туда и на которой мы могли бы продолжить возлияния. Сейчас пойду, скажу им, что все отменяется.
Он встал.
— Ну, мы же всегда можем его растолкать и объяснить, что к чему, — рассудительно заметил Ма Жун.
— Я пробовал, — безнадежно махнул рукой Ким Сан, — но он в отвратительном расположении духа.
Ма Жун ткнул По Кая под ребра, а потом потянул за воротник.
— Просыпайся, братец! — заорал он ему в самое ухо. — Впереди нас ждут выпивка и девчонки!
По Кай уставился на него мутными глазами.
— Я повторяю, — начал он, еле ворочая языком, — я повторяю, что презираю вас. Ваша компания для меня оскорбительна, вы не более чем беспутные пропойцы. Я вас знать не желаю, никого из вас… не желаю!
И он снова уронил голову на стол.
Ма Жун и Цзяо Тай загоготали.
— Ладно, — сказал Ма Жун Ким Сану, — раз так, лучше вам оставить его в покое. — Он повернулся к Цзяо Таю: — Давай посидим здесь и спокойно выпьем. Надеюсь, к нашему уходу По Кай придет в себя.
— Жаль, что из-за По Кая приходится отменять прогулку, — проговорил Цзяо Тай. — Мы никогда не были в Корейском квартале. Ким Сан, почему бы нам не сплавать вместо него?
Ким поджал губы.
— Тут все не так просто. Вас должны были предупредить, что Корейский квартале какой-то степени живет по своим законам. Судейским туда ходу нет, если квартальный старшина сам не попросит о помощи.
— Чепуха! — ухмыльнулся Цзяо Тай. — Они нас не узнают. Мы снимем шапки и подвяжем волосы, так что никто ни о чем и не догадается.
Ким Сан все еще сомневался, но тут Ма Жун поддержал товарища:
— Отличная идея, идем!
Но не успели они встать, как По Кай открыл глаза.
Ким Сан похлопал его по плечу:
— Сиди, приятель, ты здесь прекрасно отдохнешь и проспишься.
По Кай вдруг вскочил, опрокинув стул. Наведя на Ким Сана трясущийся указательный палец, он возопил:
— Ты обещал, что мы поедем вместе, вероломный распутник! Думаешь, я пьян, но со мной шутки плохи!
Он схватил пустой кувшин за горлышко и грозно замахнулся на Ким Сана.
На них стали оглядываться сидящие за другими столами. Ма Жун энергично выругался, выхватил у По Кая кувшин и проворчал:
— Ничего не поделаешь, придется тащить его с собой.
Ма Жун и Цзяо Тай взяли По Кая под руки, а Ким Сан расплатился по счету.
Когда они вышли из харчевни, По Кай принялся слезно причитать:
— Мне очень плохо, я не хочу никуда идти. Я хочу лежать… в лодке.
Он уселся посреди улицы.
— Ничего не выйдет! — жизнерадостно заявил Ма Жун, пытаясь поднять его на ноги. — Сегодня утром мы заделали твою уютную мышиную норку в водных воротах. Придется ножками поработать, это пойдет тебе на пользу!
По Кай разрыдался.
— Наймите ему паланкин! — нетерпеливо потребовал Цзяо Тай у Ким Сана. — Ждите нас у восточных ворот; мы договоримся со стражниками, чтобы вас пропустили.
— Хорошо, что вы с нами, — сказал Ким Сан. — Я и не знал, что решетку починили. Увидимся у ворот.
Два друга быстро зашагали на восток. Ма Жун искоса поглядывал на погруженного в думы товарища.
