Про это не знали ни Мраков, ни Старшинин, ни Влад Спешилов, ни генерал Миронцев. Знал только он – ну и, конечно, ещё один человек, который помогал ему в этом деле. Орлинский никому не говорил о той дополнительной информации, что поступала ему от этого человека. Так было нужно и это было правильным решением для обеспечения полной секретности и успеха всей операции «Металл». Хотя, конечно, опытные чекисты Миронцев и Старшинин понимали, что Орлинский наверняка знает немного больше их самих по этому делу и у него есть личные обязательства, которые он не может нарушить.
Юрий рассмотрел ключ. Он был довольно забавный – в форме шестипалой человеческой ладони с растопыренными пальцами. На ладони и её тыльной стороне располагалось множество острых цилиндрических столбиков разной длины и толщины, а также несколько отверстий разного диаметра. От основания ладони отходила удобная ручка прямоугольной формы с кольцом на конце. Ключ весил граммов триста, металл был желтого цвета – наверняка сплав, в котором бóльшую часть составляет золото.
Орлинский был доволен. Он подкинул ключ на ладони и спрятал его обратно в цилиндр. Настроение было отличным, и теперь можно было маленько расслабиться, но для начала следовало хорошо перекусить.
Юрий вышел обратно к озеру, предварительно захватив стул в одном из кабинетов, и удобно расположился у самой кромки воды. Он зажёг горелку, приготовил очередную большую, из двух банок, порцию говяжьей тушёнки с гречкой, достал головку пахучего крымского чеснока – предварительно подумав и весело хмыкнув, что целоваться ему сегодня не придётся, поэтому можно и пару зубчиков чеснока съесть. В НЗ у него ещё был и кусок белорусского сала граммов на триста, завернутый в фольгу, но это уже на завтра.
Орлинский плотно поел, сварил крепкий кофе, насладился им, закусив горьким шоколадом. Потом, сытый и добрый, повернул стул к озеру, развалился в нём как можно удобнее и прикрыл глаза. «Кайф!» – подумал он. А вслух громко сказал:
– Ну вот, поели, теперь можно и поспать!
Орлинский действительно уснул и проспал ровно час. День сегодня выдался сложный, и, конечно, эти шестьдесят минут сна пошли ему на пользу. Теперь надо было кое-что сделать.
Юрий закинул рюкзак за плечи и двинулся в обратный путь. Нужно выбраться на поверхность и выйти на связь с генералом Миронцевым. Дорога по уже знакомому пути не заняла много времени. Подобравшись к люку, который вёл на поверхность, он нажал на рычаг открытия. Люк поднялся вверх. Сильный ветер и ливень гуляли на свежем воздухе от души. Орлинский опустился на несколько ступенек вниз, чтобы остаться сухим. Небо было одной сплошной чёрной тучей, а ветер завывал так, что Юрий опустился по лестнице ещё ниже – иначе по телефону было бы невозможно говорить. Он набрал номер Сергея Павловича Миронцева. В Москве было четыре утра, у Орлинского в Магаданской области – восемь вечера.
– Сергей Палыч! Утро доброе!
– Вечер добрый, Николаич! – поприветствовал его Миронцев немного охрипшим голосом. – Я в кабинете у себя, слегка задремал. Что у тебя там?
– У меня порядок. Поход удачный. Нашёл то, что искал. Завтра выдвигаюсь на Карамкен. Всё по плану.
– Молодец, Николаич, не сомневался в тебе. Теперь слушай. За тобой ещё один самурай следом идёт. Тех двоих уже эвакуировали. Между прочим, у обоих – дипломатические паспорта, наверняка и у третьего тоже. Принимай решения и действуй по обстановке сам. Наши люди уже работают, всё будет тихо и мирно, никаких международных конфликтов и разногласий. Дальше. Туров уже в Магадане, с ним ещё трое его людей, один из них официально сегодня приехал в Карамкен. Наши сотрудники на своих местах, работаем, чётко всех ведём. – Миронцев вздохнул. – От Влада тебе привет, он уже в бой рвётся. А я приказ подготовил о досрочном присвоении ему очередного звания майора. Заслужил парень, молодец.
– Палыч, от меня Владу большой привет передавай. Он для меня тоже не чужой человек, сам понимаешь. Завтра, как вернусь в Карамкен, выйду на связь.
– Ну тогда всё. Как говорится врагов не жалей, а себя береги. Конец связи. Удачи, Юра!
– До связи!
Орлинский хотел спрятать телефон, но на секунду задумался. Прислушался, как свирепствует непогода над головой, и всё-таки решил позвонить ей. Четыре утра. Наверное, спит…
– Юра! Юр, это ты? – буквально после первого гудка радостно ответила Полина.
– Да, Полин! Я! Привет! В четыре утра, как и положено, звоню, чтобы разбудить и порадовать! – рассмеялся Юрий.
– Привет! Привет, Юр! – по интонации Полины было слышно, как она искренне рада звонку; её нежный голос немного дрожал от волнения. – А ты знаешь, я и не спала вовсе, а так, дремала. И, между прочим, о тебе думала. Вспоминала, как мы с тобой в парке на Речном Вокзале гуляли… – Полина вздохнула. – Как ты, Юр? Как у тебя там дела? У тебя сейчас вечер, как погода?