Секретарша через очки в золочёной оправе пренебрежительно окинула взглядом Пашкова, его оттягивающую плечо сумку, подняла трубку и негромко произнесла в неё:
- Кеша, тут к тебе от Шебаршина пришли.
Кеша оказался среднего роста человек тоже в дорогих очках и с солидным брюшком. Он повёл Пашкова сначала назад по коридору, потом вниз по лестнице, в подвальное помещение. Там располагался склад. Металлические стеллажи, на них ящики, коробки, мешки... Пашков сообра-зил, что в них то же самое, что и на его складе - радиодетали, содержащие драгметаллы. Видимо сотрудники Академии тоже всерьёз занимались "золотым" бизнесом. Конденсаторы взвесили. Всё сошлось грамм в грамм. Пашков успокоился, собираясь получать деньги, как вдруг Кеша заявил:
- Такие детали мы принимаем по двести пятьдесят долларов за килограмм.
Пашков не ожидал такого подвоха.
- Как это... Но мне мой директор сказал, что вы возьмёте за двести шестьдесят!
- Не знаю, цена везде одинаковая, во всех приёмных пунктах, с какой стати нам перепла-чивать.
О цене в приёмных пунктах Пашков знал и без этого гладкого хряка, видимо старого друга Шебаршина, возможно однокашника по какому-нибудь блатному ВУЗу, закрытому для людей с "улицы", ведь они были примерно одного возраста. "И мне, значит, он где-то ровесник",- непроиз-вольно текли мысли Пашкова, отмечая, что этот тип, скорее всего, особо не утруждаясь, не рискуя ни жизнью, ни здоровьем, не покидая Москвы, имеет и кабинет, и секретаршу, лёгкую непыльную работу, всю жизнь её имел и вот сейчас тоже имеет возможность за этими надёжными стенами, опять же безо всякого риска "мыть золотишко". Побочные мысли тут же были вытеснены более соответствующие реальности: "Что делать? Плюнуть и отдать за двести пятьдесят, но тогда Шебар-шин наверняка заподозрит его и ещё заставит выплатить разницу, даже если он и сошлётся на этого Кешу. А вдруг всё сделано специально и Кеша в сговоре с директором...? Забрать товар и привезти его назад...? Опять нехорошо, скажет что с простым делом не сумел справиться..." Кеша, тем временем, испытующе смотрел на него из-за стёкол очков. Взгляд же Пашкова лихорадочно блуждал по стенам, по столу местного кладовщика... На столе он увидел телефон. "Ну дурак, чего же тут думать, позвонить Шебаршину... А если всё-таки сговор и его на месте нет",- тут же вновь подкралась тревожная мысль.
- Позвонить можно,- осипшим моментально голосом попросил Пашков.
- Пожалуйста,- улыбнулся Кеша и кивнул на телефон.
Ответила секретарша... потом трубку взял Шебаршин. У Пашкова отлегло от сердца.
- Передайте трубку Инокентию Михайловичу,- сказал Шебаршин после того как Пашков доложил ситуацию.
- ... Ну Володя, ты же знаешь, что стандартная цена двести пятьдесят,- через некоторое время, видимо, выслушав упрёки Шебаршина, ответил в трубку Кеша. Потом он с минуту только слушал. - ... Ну ладно Володь, только ради тебя...
"Действительно старые друзья, небось тоже чей-нибудь сынок",- Пашков не мог сдержать неприязненного взгляда в адрес Кеши, который чему-то спокойно улыбаясь, внимал голосу своего друга.
- Лады Володя, понял. Большой привет Лене, до свидания.
Положив трубку Кеша вздохнул и достав портмоне стал отсчитывать "зелёные".
- Три двести. Пересчитывать будете?
- Буду,- Пашков пересчитал доллары.- Пожалуйста, заверните в бумагу, сверху напишите сумму и распишитесь... если вам не трудно.
- Не трудно... Но к чему такие предосторожности?
- Да так, мне спокойнее будет...
Пашков рассказал Матвееву о дворце, в котором побывал.
- Мало им, что они миллиарды наши, золото засовывали куда ни попадя, они на свои удобства денег не жалели, чтобы и жить и работать приятно было, чтобы жизнь не как у всех, а сплошной праздник. Всю страну на "дефицит" посадили, а себе мраморные лестницы. А теперь они и то золото себе в карман, обогащаются.
- Ну наверное схема того обогащения несколько более сложная, - предположил профессор.
- Конечно, они эти детали, видимо, за рубеж гонят. У них, скорее всего, свои льготные ка-налы, а может и вообще втихаря безо всяких налогов его сплавляют. Они же все со старыми нас-ледственными связями... Суки.
- Сергей, на это я вам только могу сказать то, что уже говорил. Не рвите сердце. Такое по-ложение вещей было и будет. Если вам не повезло быть сыном крупного номенклатурного работ-ника, смиритесь, всё равно вы ничего изменить не в силах. А если и могли бы, ничего бы не изме-нили, разве что сами бы взобрались на вершину и обеспечивали бы льготное будущее своим де-тям. Но раз этого не случилось, то лучшее, что можно придумать, насладиться истинными цен-ностями и забыть о мнимых. Давайте лучше поговорим о том к чему лежат наши с вами души. Не так ли?
- Так, Виктор Михайлович,- вздохнул в ответ Пашков.- Вы правы, ну их ко всем чертям. Давайте о прекрасном. Вы закончили в прошлый раз Тулуз-Лотреком и собирались переходить к модерну и символизму.
