Абсолютному большинству русских женщин в двадцатом веке, точнее после семнадцатого года, выпало жить если не в нищете, то в бедности. Ничтожная прослойка родственниц крупных и средних партийных чиновников и всевозможных крупных "доставал", как выездных, так и внут-ренних... они не в счёт. В Советском Союзе не было ни богатого, ни среднего класса, потому в той, или иной степени бедными были фактически все: рабочие, крестьяне, интеллигенция. И когда вдруг это общество бедных людей, тем не менее, запускавшее космические корабли, имевшее ядерное оружие и казавшееся незыблемым, вдруг развалилось, и официально разрешили наживать богатство... К этому многие оказались просто не готовы, другие, наоборот, наголадавшись матери-ально и физически, начали жадно хапать и насыщаться, за все десятилетия воздержания, как своё, так и предков, кому выпало жить в СССР. Но были и третьи... Настя их относительное материаль-ное благополучие воспринимала как Божий дар, торжество справедливости за честный и скудно-оплачиваемый труд её и её родителей. Возможность улучшать обстановку, внутренний быт своего дома, подавать на стол такие яства, коих она совсем недавно и существования не знала - что для неизбалованной женщины может быть желаннее. Ведь она об этом мечтала почти все двадцать лет своей супружеской жизни, и уже готова была разувериться.
Матвеев постоянно отмечал, что Пашков в отпуске день ото дня всё "свежеет". Увы, сам профессор выглядел неважно. Он даже был вынужден взять на работе бюллетень по состоянию здоровья. В один из таких "больничных" дней к нему и зашёл Пашков. Увидел, что старик совсем в разобранном состоянии...
- Виктор Михайлович, может отложим? Я к вам попозже зайду.
- Нет, нет Сергей, ни в коем случае,- Матвеев, держась за голову, предложил Пашкову снять куртку и пройти в комнату.- Мне надо вам ещё очень много рассказать. Да, кстати, я соста-вил список литературы, чтобы вы могли и самостоятельно заниматься. Вот на листе...
- Зачем, Виктор Михайлович? Я куда с большим удовольствием слушаю вас, а книги чи-тать...
- Возьмите, мало ли что,- в ослабшем голосе профессора прозвучали металлические "педа-гогические" нотки.- Так, не будем больше отвлекаться. Краткое повторение пройденного, для зак-репления,- профессор осторожно, словно боясь упасть, сел в кресло, и смущённо улыбнувшись, словно прося прощения за свою немощь, задал вопрос,- Что вы можете сказать о таком стилевом направлении авангарда как фовизм?
- Фовизм...? Так, так, сейчас... Вы говорили, что фовизм происходит от французского слова фаве... дикий. Это реакция на чересчур яркие краски художников-фовистов
- А каких художников этого направления вы знаете?
- Эээ... Матисс... да, чёрт, остальных забыл,- виновато развёл руками Пашков.
- Ну что ж после одной лекции, да без конспектирования, это не так уж плохо. Общее по-нятие у вас уже есть. А известными фовистами кроме Матисса были Альбер Марке, Андрэ Дерен, Рауль Дюфи. Ну, а к какому направлению вы отнесёте Пикассо?
- Пикассо? Ну, наверное, кубизм. Его знаменитая "Девочка на шаре", это же кубизм?
- Не совсем верно Сергей, вполуха слушали. Пикассо в своём творчестве прошёл несколько этапов. До кубизма у него был "Голубой период", потом "Розовый". Кубизм это период его твор-чества с 1907 по 1916 год. Потом у него наступил классический, так называемый энгровский пе-риод, потом он испытывал влияние сюрреализма. Если у вас возникнет желание более подробно это узнать, то можно прочитать в литературе, что я вам написал. Там я сделал пометки. Все эти книги можно найти в библиотеках, но не во всех. Есть такая государственная библиотека по искусству, там вы найдёте всё что в этом списке. Ну, а что вы запомнили из русского авангарда?
- Ну... это Кандинский, Филонов, Малевич.
- Чем знаменит Малевич, как новатор?
- Он разработал новый метод, супрематизм. Это прямоугольники, квадраты, кресты, его особое видение мира.
- Здесь необходимо конкретизировать, что Малевич не только один из лидеров русского авангарда, но и его крупнейший теоретик. Так... Теперь скажите, как в своей концепции Кандин-ский оценивал значение различных цветов?
- Вот этого не помню... хотя синий, кажется цвет тоски.
- Синий пробуждает тоску по сверхчувственному, жёлтый беспокоит человека, как выра-зился художник, нахально действует на душу, зелёный - играет роль не родившегося самодоволь-ства, красный - впечатление необъятной мощи... Ну а что такое филоновские формулы?
- Нет, Виктор Михайлович, не помню. Вы так много информации в последнее время на ме-ня обрушили, что я просто не в состоянии запомнить все детали.
- Вот видите, а говорите зачем вам читать. Понимаю, просто слушать это и легче и прият-нее. Но при этом, сами видите, многое остаётся за кадром... Ладно, не расстраивайтесь. Пойдём дальше. Сегодня поговорим о конструктивизме и функционализме в европейском искусстве, и вообще об искусстве в период между двумя мировыми войнами...
