Того, кто подарил Илье памятный жёлтый плащ, найти не удалось. Зато нашли конюха, который поднёс Илье тот самый вместительный рог. Жаль, что расспросить его уже – никак. Тело его нашли в камышах. Без признаков жизни, зато со всеми признаками утопления. Ещё нашли место, где след замечательного Драева коня переставал быть одиноким. Три всадника проехали следом за Ильёй около тысячи шагов, догнали его, а после разделились. Один взял плащ, остальные – Илью. След их коней заканчивался на тракте, где и терялся.
То есть всё, что удалось выяснить: злой умысел налицо. Но никаких конкретных зацепок.
– Я озадачу всех своих людей, – сказал Сергей Иванович сыну, – но быстрого результата ждать не стоит. Умны, гады. С плащом это они ловко придумали. Если бы не мы с тобой, никто бы и не догадался, что дело нечисто.
– В моём направлении искать не надо, – сказал князь уличский. – Я сам. Мимо моих по дорогам мышь не проскочит. Да и по лесам тоже, – добавил он, подумав немного. – Только вряд ли они ко мне поехали.
– Согласен. А ещё хотелось бы понять: кто?
– Врагов у нас изрядно, – заметил Артём. Не без гордости. – Сам на кого думаешь?
– Судя по тому, что их люди орудовали здесь как у себя дома, вряд ли это чужие, – задумчиво произнёс Духарев.
За окошком сверкнуло, потом грохнуло, перекрывая шум падающей с неба воды. Ливень хлынул, как только они вернулись на Драево подворье. Будто там, наверху, ждали, пока они разберутся со следами. Вернее, поймут, что эти следы ничем в поисках не помогут.
– Чужие могли здешних подкупить, – возразил Артём. – Хоть это и непросто
– Это верно, что непросто. Надо знать, кого подкупать. У Драя народ верный.
– Непросто, но возможно. Ещё я думаю: в тот рог подсыпали что-то. Иначе зачем было конюха топить?
– Что он сам утоп, ты не думаешь?
– Отец! С чего бы это конюху Илье выпивку подносить? Да ещё после того, как он другого конюха по зубам съездил?
– Задобрить?
– Ага. Холоп, пьяный настолько, что отправился купаться во всей одежде и в ней же утоп, решил задобрить Илью выпивкой. Да он бы её сам выдул, если бы дело было без подвоха.
– Разумно, – согласился Сергей Иванович. – Выводы?
– Илью взяли тайно, причём живым. Если денег за него хотели бы, мы бы уже знали. Если нашему роду отомстить…
– Мы бы тоже уже знали, – поддержал Духарев. – Что это за месть, о которой помалкивают? Хотя, может, не успели просто.
– Может, и так, – согласился Артём. – Ещё одна мысль: кто-то лично на Илью был сильно обижен. Или наоборот: хотел его для чего-то заполучить.
– Мысль возможная, только нам она ничего не даст.
– Но ты подумай всё же, – посоветовал Артём. – Ты лучше меня знаешь, кому Илья мог хвост прищемить. И коня Драева поищи. Конь приметный.
– Само собой, – кивнул Сергей Иванович. – Драй поможет.
– Ещё бы он не помог! – фыркнул Артём.
– Зря ты так, – укоризненно произнёс Сергей Иванович. – Драй нам, считай, родня. Я с ним всю жизнь рядом иду. Не упомню уже, сколько раз друг друга щитом прикрывали. Не злись на него, прошу! Не стоит на него гнев выплёскивать. Не надо.
Артём поглядел на отца, подумал…
– Знаешь, – сказал он уже совсем другим тоном… – А я ведь понял сейчас: не на Драя сержусь. На себя. Когда с Ильёй беда случилась, вся забота на вас с матушкой упала. А я вроде как отстранился…
– У тебя княжество, – напомнил Духарев. – И непростое. Дел немало.
– А у тебя – нет? А у Славки, который дома дай бог, чтобы три седмицы разом провёл? А вот у него время Илюху навестить находилось. А я в Моров один раз заехал, да и то на два дня всего. Мимоходом. А здоровым его увидел, когда он Соловья взял. Порадовался за него: здоров, силён, умен. Годами – отрок, а по жизни – в старшую гридь вышел. Порадовался и уехал, а мог бы и тогда сообразить: когда тебя к великокняжьему столу вровень сажают, юность твоя закончилась. Я это понял в своё время. Илья – нет.
– Не слишком ли ты категоричен? – по-ромейски спросил Сергей Иванович.
– Это простая истина, – тоже по-ромейски ответил Артём. – У всех так. Я видел. – И снова по-словенски: – Кому подольше удаётся помолодечествовать, кому поменьше. Но кто не успел понять вовремя, когда через межу переступил, тот долго не живёт. Чем больше твоя сила, тем сильнее твои враги. И они ждут, когда ты ошибёшься. Вот так выпьешь лишку, поскачешь тарпанов полевать не с дружиной крепкой, а с парой-тройкой верных друзей… А тут тебя орда печенежская и встретит.
«Всё верно», – подумал Сергей Иванович. Он ведь и сам таким был… когда-то. Всё верно, да не совсем.
– Ты прав, сын, – сказал он. – Но кое-что забыл. Да, юность из Илюхи ещё струёй брызжет и вбить ему в башку, где кончается храбрость и начинается глупость, ой как непросто. Хотя я и стараюсь.
«А может, не только лихость?» – вдруг подумалось Сергею Ивановичу. Вспомнилось беспокойство Слады. Мол, не всё хорошо на душе у Ильи, не всё гладко.
А ведь верно. Смутен был Илья временами. Будто тень набегает.
