– Оказывается… – торопливо сказал Джон, – этот самый Арнольд Арнольдсон, которому Молльвей прислал брамапутру, хранил ее у себя, не имея ни малейшего представления о ее ценности. Ну, и когда какой-то третий сообщник оповестил Арнольдсона, что у Молльвея «заразная болезнь» то есть что Молльвей арестован и идет поиск его сообщников, Арнольд сбежал!
– Удивительные новости ты мне сообщаешь! – с досадой вымолвил Кэниц. – Ведь я это знал много времени назад!
– Подождите, сэр! Ну, потом выяснилось, что Арнольд, убегая, обронил в коридоре меблированных комнат, где он жил, конверт с брамапутрою. И там был мальчишка, чистильщик сапог…
– В конверте или в коридоре? – улыбнулся Кэниц.
– Да нет же! В меблированных комнатах, сэр! И он поднял этот конверт и нашел марку!
А потом продал марку за одно пенни в табачную лавку, и на это пенни купил себе пару леденцов! – закончил Кэниц. – Знаю, знаю, Джон! Не трудись рассказывать! Теперь все это меня так же интересует, как…
– Как прошлогодний снег – в тон мужу сказала подошедшая к перилам парохода Бетти. – Прощайте, Джон! Будьте счастливы!
– Прощайте, миссис Кэниц! – откликнулся Джон. – Будьте и вы счастливы!
Пароход медленно отходил от пристани…
