– Наконец-то! – вымолвил он. – Наконец-то она решилась, и я сделал ей официальное предложение… Или нет, не так! Наконец-то я решился, и получил от нее официальное предложение. Кажется, так? Или нет! Наконец-то мы оба решились и сделали друг другу… А, черт. Тут сам дьявол не разберет, кто на что решился, но это не важно. Важно то, что наши капиталы повенчаются… Тьфу! Повенчаемся мы, а наши капиталы сольются в нежном брачном союзе…
Пока Джон Кокбэрн разбирался в своих мыслях, послышался звонок. Это вернулся мистер Вильям Кэниц.
Занятый своими мыслями, камердинер машинально помог господину раздеться и потом, пожелав ему доброй ночи, отправился в свою комнату, чтобы последовать примеру хозяина. Но сон не шел к взволнованному Джону, и он напрасно проворочался на своем ложе с добрый час. И вдруг молнией блеснула в голове мысль, что он, Джон, позабыл сказать мистеру Кэницу о предполагаемом отъезде мисс Бетти Скотт и Виктории в Европу, на поиски марки раджи брамапутрского Джон вскочил и побежал в спальню Кэница.
– Сударь! Проснитесь, сударь! – закричал он, Виктория едет с пароходом «Гровэ» в три часа ночи!
– Ты обалдел – вскочил Кэниц, разбуженный от сладкого сна.
– Никак нет! Ей Богу, она едет! То-есть, они обе едут. В Европу! В Париж! В три часа ночи!
– Ты пьян?
– Никак нет! За маркой! К радже брамапутрскому!!!
– Что такое?
Сон как рукою сняло, и Кэниц спрыгнул с постели.
Наскоро Джон рассказал своему господину все.
– О чем же ты думал раньше? – завопил Кэниц. Ведь, сейчас два часа! Только час до отхода парохода! Одеваться! Скорее!
– Едем и мы? – осведомился Джон.
– Конечно, едем!
– Какие вещи брать?
– Никаких! Все, что нужно, купим в Париже! Я должен переговорить с Бетти! Это, в самом деле, форменное…
– Предложение?
– Форменное безумие, не слушая Кокбэрна, бормотал Кэниц. – Положим, она богата, но… Но ей приходится производить безумные затраты, и я нахожу, что игра заходит слишком далеко. Все же, – она мне родственница, и самая симпатичная девушка, какую я только встречал в жизни. Я скажу ей… Но не возись ты, ради Аллаха, Джон! Мы опоздаем к отходу парохода.
Еще пять минут, и оба они, Кэниц и Кокбэрн, летели стремглав по залитым электрическим светом улицам Нью-Йорка к пристани Стовезэнт. Кучер взятого ими кэба неистово хлестал кнутом свою лошадь. И вот кэб долетел до пристани. Кэниц и Джон выскочили из экипажа.
– Проклятье! Пароход отчалил! – крикнул Кэниц, показывая на колоссальный, весь залитый огнями, корпус парохода, спускавшегося при помощи неистово пыхтевшего буксира вниз по течению Гудзона.
Это был «Гровэ». И на палубе его виднелись две женские фигуры, – фигура мисс Бетти Скотт и фигура мисс Виктории.
Виктория сильно запоздала и когда вернулась домой, все уже было готово к отъезду. Мисс Бетти ждала только свою горничную. На палубе парохода Бетти не без труда разыскала старшего стюарда, элегантно одетого джентльмена, к которому и обратилась с заявлением:
– Я вынуждена была по делам уехать с первым отходящим пароходом, получив ночью весьма важное известие, и потому я не успела запастись билетом. Мое имя мисс Элизабетта Скотт-Патерсон.
– Очень приятно, мисс Патерсон! Я знал вашего покойного батюшку. Но чем могу служить вам?
– Найдите мне каюту первого класса.
– Увы, мисс! Все каюты до последней заняты!
– Тогда хоть второго класса!
– Увы, мисс!
– Что? Неужели заняты и каюты второго класса?
– До последней!
– Но… но как же мне быть?
– Вам, мисс Скотт Патерсон, придется разместиться в каюте третьего класса. Имеется одна каюта, в которой из четырех мест занято только два…
В это время к разговаривавшим приблизился высокий благообразный средних лет джентльмен и обратился к «обер-стюарду» со словами:
– Если вы, мистер, представите меня уважаемой мисс Скотт Патерсон, то… то я, может быть, смогу оказаться полезным…
– Его светлость лорд Оскар Тильбюри – представил аристократа девушке «распорядитель», – Его светлость говорит…
– Мисс Скотт, кажется, осталась без каюты? – с изящным поклоном обратился лорд к Бетти.
– О, это ничего! Мы разместимся с Викторией в каюте третьего класса!
– Но не позволите ли вы, мисс, предложить вам мою каюту? Я – мужчина, я – солдат и охотник, и мне, собственно, безразлично, в какой каюте пробыть пару суток. Вам же, как даме…
Дело быстро уладилось, благодаря рыцарской любезности английского аристократа, и наши странницы расположились в каюте лорда Тильбюри, который перебрался в третий класс.
С этого началось знакомство между мисс Скотт и лордом Тильбюри. Англичанин все время пути оказывал исключительное внимание мисс Скотт. Он приглашал ее посетить Лондон в дни осеннего «сезона», обещая познакомить девушку со своей кузиной, герцогиней Кентерберийской, и со своей тетушкой, графиней Кантской, при помощи которых Бетти без всякого труда получит доступ ко Двору, будет представлена ее величеству, королеве Виктории.
– О, вы будете царицей Лондона! – распинался Тильбюри. – Вам стоит только захотеть, и весь Лондон будет у ваших ног, мисс Скотт!
