— Хелен… — проговорил Золотой, поняв, к чему тот клонит, и тут вроде улыбка на лице кроля стала ещё шире. Голден не знал, что и делать. Вдруг не поможет, вдруг обманет, хотя…, а был ли у него другой способ?.. Нет, не был. Этот когда-то ненавистный ему заяц был его последним шансом.
Поэтому тяжело выдохнув и пытаясь себя мысленно убедить, что всё делает правильно, Голден подошел к своему «другу» и попробовал оторвать цепи. С первого раза не получилось, Мари, наверняка, постаралась, но всё же после некоторых попыток цепи были «с корнем» вырваны из стены. Будучи свободным, СпрингТрап, радостно смеясь, стал подниматься. Было больно, ведь суставы и скелет весь проржавел и громко скрипел при движении, но кролика это не волновало, наконец-то вот она, вот она свобода!
Минут пять Спринг, улыбаясь, двигал своими конечностями, пытаясь привести их в норму, избавляясь от людских раздробленных костей и других органов, чтоб не мешали движению, а Голден тем временем стоял на против и нервничал, пытаясь хоть как-то предугадать, что будет дальше. Как же это здорово, он двигался, снова мог двигаться, заяц был несказанно счастлив, но тут он вспомнил про медведя и со скрипом, хромая, подошел к нему.
— А знаешь, как же вы меня достали… прикончить бы вас обоих, и проблем… было бы меньше, — одним рывком прижал Золотого к стене, ослабленный медведь даже не мог сопротивляться, а вот у зайца наоборот силы-то прибавилось, — но… — добавил Спринг и так же быстро, одним рывком оторвал золотое ухо, получив возможность пробраться в черепную зону аниматроника, где переплетались все провода и находились микросхемы. Голден же попробовал вырваться, но уже никак, он в ловушке, — но боюсь твоё убийство… черный медведь… мне не простит, — это последнее, что услышал Голден, дальше сильнейшая боль в голове, постепенно переходящая по всему телу… и всё, темнота, больше он не ощущал ничего.
Этот месяц для девушки был очень тяжёлым. Сколько было пролито слез из-за одной записки, она осталась одна, совершенно одна. Было очень трудно, неизвестность, не знала как можно это пережить. Сколько было мыслей, каждый вечер, ложившись спать, Хелен плакала из-за него, хотелось сказать «Ненавижу», но не могла, ведь это не правда, она же до сих пор, словно маленькая дурочка, его любит и ждет, хотя уже головой понимает, что парень не вернется. Он сделал свой выбор, выбрал свободу, не её. Так же внезапно пропал из её жизни, как появился, оставив только воспоминания. Она ревела, вспоминания каждый день, проведенный с ним, как ей было хорошо, как она радовалась его присутствию и объятиям, как она счастливая надеялась, что всё в её жизни изменится, и как она наивная верила его словам, верила его обещаньем, на деле всё оказалось лишь ложью. Было плохо, очень плохо, иногда… даже не то что иногда, а часто, её посещали мысли, чтоб закончить эту жизнь так, под колесами машины или на крыше многоэтажки… наверняка, она бы это и сделала, ведь кому от этого было бы плохо, никому, ведь никто не будет по ней скучать или скорбеть… Но даже в таком ужасном положении с ней всегда было одно маленькое счастье… её малыш, который и заставил понять, что умереть она всегда успеет, но ведь надо и пожить, пусть не для себя, но хотя бы для него.
Прошел месяц, после того как одна компания терроризирующая район была жестоко убита неизвестным. Наверное, жизнь простых граждан должна была бы улучшиться, но не на долго, вскоре на смену одним отморозкам пришли другие, конечно, это банда обходилась без убийств, но вот грабежами и разбойными нападение на магазины они промышляли.
В кафе, в котором Хелен работала, вскоре сменился хозяин, а он как назло и был тем самым участником той шайки. Конечно, днем это заведение работало, как и раньше, но вот вечером после закрытия, сюда стекалась остальная «братва». Весь старый персонал поувольнялся, хоть и зарплата была высокая, но мало, кто сюда устраивался, боялись. Но Хелен, не смотря, на риск и страх, пришлось остаться. Девушка нужна была работа, чтоб хоть чуть-чуть поднакопить денег, а на новую работу её попросту бы не взяли в её-то положении.
Так-то рабочие дни проходили спокойно, и поэтому она начала забывать про этот страх. Когда же её заставляли остаться после закрытия, чтоб убраться, то Хелен успевала отмыть столы ещё до прихода тех парней. Но вот в один вечер ей не так сильно повезло.
