С осторожностью подобравшись к вооруженному свайкой боцману – очень уж мне не хотелось обзавестись лишней дыркой в черепе, – я добрых пятнадцать минут кружил вокруг радиорубки, изучая ее расположение относительно других помещений корабля, как служебных, так и жилых. Радиорубка располагалась по правому борту, в носовой части, непосредственно над пассажирскими каютами палубы А. Как раз под ней находилась каюта старика Сердана. Исходя из моего предположения, убийца, даже если бы он не стал дослушивать сообщение до конца, имел в своем распоряжении не более десяти секунд, чтобы добраться до рубки от того места, где у него спрятан приемник. А это значит, что все пространство вокруг радиорубки, которое можно пересечь за десять секунд, автоматически подпадает под подозрение.
В указанных пределах помещений оказалось немало. Мостик, флагманская рубка, радиолокационная рубка, штурманская рубка и жилые каюты офицеров и кадетов. Их можно было исключить сразу. Дальше шли столовая, камбуз, кладовые провизии, офицерская кают-компания, телеграфный салон и примыкающий к нему еще один салон, гордо именовавшийся гостиной и предназначавшийся для жен и дочерей миллионеров, не разделявших горячей любви своих мужей и отцов к поглощению спиртного и изучению тикерной ленты. Я обошел их за сорок минут. Так поздно вечером в них не было ни души. Если бы существовали транзисторные приемники компактнее спичечного коробка, я бы, возможно, и мог его проглядеть, но что-нибудь покрупнее нашел бы точно.
Таким образом, оставались лишь пассажирские каюты, и главными подозреваемыми становились обитатели кают палубы А, которые располагались как раз под радиорубкой. Находящиеся одним уровнем ниже каюты палубы Б тоже были достаточно близко, но, стоило мне мысленно окинуть взглядом компанию престарелых колченогих ипохондриков, населявших эти каюты, я не нашел никого, кто мог бы домчаться до радиорубки менее чем за десять секунд. И я определенно не рассматривал женщин: кто бы ни порешил Браунелла, одновременно не только прикончил Бенсона, но и оттащил его тело в укромное место, а в том было ни много ни мало сто восемьдесят фунтов веса.
Итак, палубы А и Б. Завтра нужно будет хорошенько их прочесать. Я уповал на хорошую погоду, которая выманит пассажиров на верхние прогулочные палубы и даст стюардам возможность произвести тщательный обыск под предлогом заправки постелей и уборки кают. Ямайские таможенники, правда, один уже провели, но тогда они искали механизм длиной более шести футов, а не приемник, который в наш век миниатюризации можно было легко спрятать, скажем, в одну из тех увесистых шкатулок для драгоценностей; без них не путешествует ни одна жена миллионера.
Мы уже почти легли на курс норд-ост. Под сине-фиолетовым, густо усыпанном звездами небом «Кампари» мягко покачивался, разрезая килем тронутую мертвой зыбью водную поверхность. Мы растянули поворот на восемьдесят градусов почти на полчаса, чтобы ни один пассажир-полуночник, оказавшийся ночью на палубе, не смог определить изменение направления движения по кильватерному следу. Разумеется, все эти предосторожности оказались бы тщетными, если бы кто-то из наших пассажиров имел хоть малейшее представление о навигации по звездам или, на худой конец, базовое умение находить на небе Полярную звезду.
Я не спеша прогуливался по шлюпочной палубе вдоль левого борта, когда заметил капитана Буллена, идущего мне навстречу. Он жестом указал мне на утопавшее в густой тени местечко у одной из спасательных шлюпок.
– Так и думал, что найду вас где-нибудь неподалеку, – негромко сказал он и, сунув руку под китель, вложил мне в ладонь что-то холодное и твердое. – Надеюсь, вы знаете, как с ним обращаться.
Вороненая поверхность тускло блеснула отраженным светом звезд. Кольт, один из трех, хранившихся в стеклянном шкафчике под замком в капитанской каюте. Капитан Буллен явно осознал всю серьезность сложившегося положения.
– Знаю, сэр.
– Отлично. Засуньте его себе за пояс, или куда еще там засовывают эти чертовы штукенции. Никогда не думал, что их так дьявольски трудно на себе спрятать. А вот и запасная обойма. Молю Бога, чтобы нам не пришлось пустить их в дело.
Выходит, сам капитан тоже вооружился.
– Что с третьим револьвером, сэр?
– Не знаю… – заколебался он. – Хотел отдать Уилсону.
– Он неплохой парень. Но лучше отдайте оружие боцману.
– Боцману?! – Буллен едва не сорвался на крик, но, вовремя вспомнив о необходимости соблюдать секретность, понизил голос до заговорщического шепота. – Вы знаете правила, мистер. Это оружие можно использовать только в случае военного столкновения, нападения пиратов или мятежа. И передавать его можно только лицам в звании офицера.
– Соблюдение правил заботит меня куда меньше сохранности собственной шеи. Вам известен послужной список Макдональда. Самый молодой старшина за всю историю коммандос, длиннющий список наград. Отдайте его Макдональду, сэр.
