– Пациентом, лечить которого вы летали на Луну, была не Карен Бесарян, не так ли?
– Нет.
– Тогда какого рода контакты вы имели с миз Бесарян во время вашего пребывания там?
– Я присутствовал при её смерти.
– Как сложились подобные обстоятельства?
– Я находился в медицинском учреждении Хевисайда, когда прозвучал синий код.
– Синий код?
– Стандартный больничный код, означающий остановку сердца. Помните – я специалист по кровообращению. Когда я услышал оповещение, я выбежал в коридор, увидел других врачей и сестёр, которые куда-то бежали – вернее сказать, прыгали, отскакивая от стен в лунной гравитации. Я присоединился к ним и попал в палату, в которой находилась миз Бесарян одновременно с её лечащим врачом.
– Которым был доктор Дональд Коль, как вы сказали во время прямого опроса?
– Именно так.
– Что случилось потом?
– Доктор Коль пытался дефибриллировать миз Бесарян.
– И с каким результатом?
– С отрицательным. Миз Бесарян умерла у нас на глазах. Я должен сказать, что доктор Коль показал себя с наилучшей стороны, выполнив всё, что требовалось в подобных обстоятельствах. И он был искренне огорчён кончиной Карен Бесарян.
– Не сомневаюсь в этом, – сказала Лопес, и со значением взглянула в сторону присяжных. – Как и мы все. – Её голос не слишком подходил для выражения скорби, но она очень старалась. – Согласно обычной процедуре разве не доктор Коль должен бы был оформить свидетельство о смерти?
– «Обычной» здесь ключевое слово.
– Что вы имеете в виду?
– Он сказал мне, что не будет оформлять свидетельство.
– Как об этом зашла речь?
– Я спросил. После того, как миз Бесарян умерла, мне стало интересно, какая здесь процедура. Ну, то есть, принимая во внимание, где мы находились – на Луне. Я спросил доктора Коля, как будет происходить оформление факта смерти.
– И что он на это ответил?
– Он ответил, что никакого оформления не будет. Сказал, что весь смысл размещения людей вроде миз Бесарян именно на Луне состоит в том, чтобы вывести их из-под чьей-либо юрисдикции.
– Чтобы не было необходимости оформлять свидетельство о смерти, не так ли?
– Именно так.
– А что насчёт уведомления ближайшего родственника?
– Коль сказал, что этого делать он также не будет.
– Почему?
– Он сказал, что это часть соглашения с клиентом.
Лопес многозначительно посмотрела на присяжных, словно Чандрагупта только что вскрыл какой-то зловещий заговор. Потом она медленно повернулясь обратно к нему.
– Как вы сами к этому отнеслись?
У Чандрагупты, похоже, была привычка поглаживать бороду; он делал это прямо сейчас.
– Это меня обеспокоило. Показалось неправильным.
– Что вы сделали по этому поводу, когда вернулись на Землю?
– Я связался с Тайлером Горовицем в Детройте.
– Почему?
– Он ближайший родственник миз Бесарян – её сын.
– Давайте отступим на один шаг назад. Откуда вы узнали, что женщина, которая умерла на Луне – Карен Бесарян?
– Во-первых, разумеется, потому что этим именем её называли другие врачи.
– У вас были и другие основания?
– Да. Я её узнал.
У Лопес были тонкие брови, которые она сейчас вскинула; внешние их кончики были обесцвечены.
– Вы были лично знакомы с ней?
Снова поглаживание бороды.
– Нет, не до того момента. Но я читал её книги своим детям десятки раз. И часто видел её по телевизору.
– У вас не возникло никаких сомнений относительно личности женщины, которая умерла на Луне?
Чандрагупта наконец обрал руку от бороды, но только для того, чтобы экспрессивно ею взмахнуть.
– Абсолютно никаких. Это была Карен Бесарян.
– Хорошо. И зная это, вы связались с её сыном, верно?
– Да.
Лопес снова приподняла брови.
– Почему?
– Мне казалось, что я должен это сделать. Ну, то есть, его мать умерла! Сын имеет право об этом узнать.
– И вы ему позвонили?
– Да. Это печальная обязанность, но я, разумеется, исполнял её не впервые.
– И Тайлер попросил вас кое-что сделать?
– Да. Он попросил меня выписать свидетельство о смерти.
– Зачем?
– Он сказал, что доктора на Луне этого не сделают. Он сказал, что хочет завершить дела матери.
– И вы согласились?
– Да. – Рука снова легла на бороду. – Эту обязанность я также уже раньше исполнял. Соответствующая электронная форма нашлась у меня в компьютере. Я заполнил её и отправил мистеру Горовицу, подписав её своей электронной подписью.
– И снова: насколько вы уверены, что умершая была Карен Бесарян?
– На сто процентов.
– И насколько вы уверены, что она в самом деле умерла?
– Также на сто процентов. Я видел, как остановилось её дыхание. Я видел, как выровнялась её ЭКГ. Я лично наблюдал, как её зрачки вспучились.
– Вспучились?
– Расширились до максимального размера, оставив видимым лишь тонкое кольцо радужки. Это верный признак смерти мозга.
Лопес едва заметно улыбнулась.
– Спасибо, доктор Чандрагупта. О, ещё один вопрос – ваше вознаграждение. Мистер Дрэйпер уделил большое внимание тому, как много вы получили за свои услуги. Вы не хотели бы как-то прояснить этот вопрос?
– Вообще-то да, хочу. Плата была идеей мистера Горовица; он сказал, что я её заслужил. Он назвал это «заработком доброго самаритянина» – своеобразный способ сказать спасибо.
