Ноэль, похоже, с нетерпением ждала отъезда из Флориды на месяц. По ее словам, в Провансе тоже было тепло, но не так влажно. После обеда она снова предложила Мерсер поехать с ней, пусть не на месяц, а на неделю или около того. Поблагодарив, Мерсер сказала, что ей нужно работать над романом. К тому же с деньгами обстояло не очень хорошо, и она хотела сэкономить для покупки стола.
— Он никуда не денется, дорогая, — заверила Ноэль. — Я попридержу его для вас.
Майра и Ли ушли в девять и направились домой пешком. Мерсер помогла Брюсу и Ноэль убраться на кухне и попрощалась еще до десяти. Когда она уходила, Брюс потягивал кофе в гостиной, уткнувшись в книгу.
Через пару дней Мерсер выбралась в центр города и пообедала в небольшом кафе с затененным двором. Потом прогулялась по Мэйн-стрит и обратила внимание, что магазин Ноэль закрыт. На двери висело рукописное объявление, что владелица уехала во Францию за антиквариатом. Сквозь окно витрины виднелся одинокий стол для письма — больше в зале ничего не было. Мерсер зашла в соседний магазин, поздоровалась с Брюсом и поднялась наверх в кафе, где заказала латте и устроилась на балконе, выходившем на Третью улицу. Как и ожидалось, вскоре Брюс к ней присоединился.
— Что привело вас в центр города? — поинтересовался он.
— Скука. Еще один бесполезный день за машинкой.
— А мне казалось, Майра помогла вам преодолеть творческий тупик.
— Жаль, что это не так просто. У вас найдется несколько минут поговорить?
Брюс улыбнулся и сказал, что конечно. Оглянувшись, он заметил, что для серьезного разговора пара за соседним столиком сидит слишком близко к ним.
— Давайте спустимся вниз, — предложил он.
Мерсер прошла за ним в Зал первых изданий, и Брюс закрыл за собой дверь.
— Наверное, вопрос довольно серьезный, — заметил он с теплой улыбкой.
— Скорее щекотливый, — уточнила она и рассказала о старых книгах Тессы, «позаимствованных» в Публичной библиотеке Мемфиса в 1985 году. Рассказ, отрепетированный с десяток раз, звучал очень правдиво, и было видно, что ее действительно мучили сомнения. Мерсер не удивилась, что история понравилась Брюсу, а книги заинтересовали. По его мнению, связываться с библиотекой в Мемфисе не имело смысла. Конечно, библиотека будет рада получить книги, но она списала их уже несколько десятилетий назад, посчитав утраченными. Кроме того, библиотека понятия не имеет об их реальной ценности.
— Скорее всего, их просто вернут на полки, откуда снова украдут, — добавил он. — Поверьте, ничего хорошего эти книги не ждет. А их следует защитить.
— Но они же не мои, чтобы продать, верно?
Брюс улыбнулся и пожал плечами, будто речь шла о технической мелочи.
— Как гласит старая мудрость? «Владение — это девять десятых закона». У вас эти книги находились более десяти лет. Я бы сказал, что они вам принадлежат.
— Не уверена. Мне почему-то кажется, что это нехорошо.
— А книги в нормальном состоянии?
— Мне кажется, да, хотя я не специалист. Я обращалась с ними бережно. Практически даже редко трогала.
— Могу я их увидеть?
— Ну, не знаю. Это же как первый шаг. Стоит мне их показать, как мы окажемся уже на пути к сделке.
— По крайней мере позвольте мне на них взглянуть.
— Даже не знаю. А в вашей коллекции уже есть эти названия?
— Да. У меня есть все книги Джеймса Ли Берка и все — Кормака.
Мерсер бросила взгляд на стеллажи, будто хотела в этом удостовериться.
— Их здесь нет, — пояснил Брюс. — Они находятся внизу с другими редкими изданиями. Соленый воздух и влажность портят книги, поэтому наиболее ценные я держу в хранилище, где поддерживается нужная температура. Хотите посмотреть?
— Думаю, в другой раз, — небрежно отозвалась Мерсер. На самом деле ей блестяще удалось разыграть безразличие. — А вы не в курсе, сколько эти две книги могут стоить? Хотя бы приблизительно?
— Разумеется, — быстро ответил Брюс, словно ждал этого вопроса.
Он повернулся к компьютеру на столе, нажал несколько клавиш и посмотрел на экран.
— В 1998 году я купил первое издание «Осужденного» за две с половиной тысячи долларов. За это время стоимость, полагаю, выросла в два раза. Все зависит от состояния, которое, конечно, я смогу оценить только когда увижу. Еще один экземпляр я купил в 2003 году уже за три с половиной тысячи.
Брюс продолжил прокрутку файла. Мерсер не могла видеть экран, но, похоже, коллекция была весьма солидной.
— У меня есть один экземпляр «Кровавого меридиана», купленный у дилера в Сан-Франциско примерно десять лет назад. Девять, если быть точным. И заплатил я… давайте посмотрим… две тысячи, но у него был небольшой дефект на суперобложке и легкая потертость. Не в идеальном состоянии.
Тогда стоит купить поддельную суперобложку, подумала Мерсер, теперь знавшая немало тонкостей этого бизнеса. Однако ей удалось изобразить приятное удивление:
— Вы серьезно? Они такие ценные?
— Можете мне поверить, Мерсер, это моя любимая часть бизнеса. Я зарабатываю больше на продаже редких книг, чем новых. Извините за хвастовство, но мне это нравится. Если решите продать книги, буду рад помочь.
