— Если договориться, то, пожалуй, можно и поискать благодетеля. Получите деньги на все, что вам потребно, а в обмен только одно — право распоряжаться вашей рабсилой…
— Мы такому в ноги поклонимся. Построю и — на колени. Всю колонию раком поставлю, — заорал Супрунюк.
— Это надо вежливо делать, демократически…
— А как же! Построю и вежливо прикажу: становитесь раком, а не то…
Затрещал телефон, стоявший у двери на столике, прервал страстную тираду.
Плонский встал, взял трубку. Он не сразу узнал голос, торопливый, захлебывающийся, спросил сердито:
— Кто говорит?
— Да я это, Костров. Вы просили позвонить сразу, как только…
— Что, поймал?!
Он даже удивился, что не узнал. Костров был местным фанатом-радиолюбителем. Перед ним Плонский поставил задачу — не слезать с волны, на которую может включиться маяк, встроенный в транзистор, переданный Сизову. Заказал это и другим близко знакомым, — в метеослужбе, в воинской части. А сам забыл, закрутился в делах приватизации.
Майор, сидевший за столом, резко обернулся.
— Кто поймал? Кого?
Плонский замахал ему рукой: ешь, мол, закусывай, это о другом.
— Точно на этой волне. Сигналы неровные, с перерывами, но четкие, разъяснил Костров.
— Ошибки нет?
— Александр Евгеньевич, вы же меня знаете…
— Спасибо.
Он положил трубку, постоял, стараясь унять заторопившееся сердце. Значит, золото нашли и теперь надо лететь туда, как договорились с Сизовым. Значит, надо звонить Толмачу, единственному, кто может быстро достать вертолет. У него, первого фирмача района, были деньги. А за деньги нынче можно хоть на космической ракете. Деньги у Плонского тоже были, но ему светиться не следовало, и лучше всего было сделать вид, что он воспользовался попутным транспортом.
"Да ведь у него же свой вертун" — вспомнил Плонский, удивившись своей забывчивости. Ни у кого прежде не было персональных вертолетов, мудрено ли забыть!
— Я на минуту отлучусь, — сказал он майору и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
В соседней комнате был параллельный телефон. Плонский снял трубку, послушал гудок, подождал щелчка, что означало бы, что майор подслушивает, не дождался и набрал номер. Обрадовался, сразу узнав тяжелый, с хрипотцой голос Толмача.
— Это я, — сказал он, не представившись. — Узнаешь?
— Конечно! — радостно закричал Толмач. — Я свои долги не забываю. В чем нужда?
— А просто так я не могу позвонить?
— Спасибо.
— За что?
— За "просто так". Рад это слышать от вас. Но я думаю, вы все-таки по делу.
— Угадал. Есть дело. Ты свой вертун еще не продал?
— Зачем же? Стоит, дожидается.
— Летаешь на нем?
— Когда нужно, летаю.
— Завтра не собираешься?
Толмач помолчал, переваривая информацию, сказал осторожно:
— А если собираюсь?
— Отлично. Меня захватишь? Одного.
— Понятно. Тогда я тоже полечу один, — заявил сообразительный Толмач. — Утром позвоню.
Положив трубку, Плонский постоял в задумчивости: как объяснить завтра цель этого вылета в тайгу? Решил ничего не объяснять. Разве не полагается завтрашнему хозяину тайги осмотреть свои будущие владения? А то, что там придется взять на борт двух человек, так это всего лишь случайность. Люди бедствовали, как не помочь бедствующим?.. А может, и никого не придется брать, все будет по обстоятельствам…
Толмач позвонил рано утром, спросил с подобострастием в голосе, какое всегда нравилось Плонскому, хоть он в этом никому и никогда не признавался:
— Извините, не разбудил? Когда за вами заехать?
— А когда можно?
— Хоть сейчас. Вертолет в готовности.
— Тогда сейчас.
— Одевайтесь, я еду.
Толмач явился через двадцать минут, как всегда одетый в джинсовый костюм, явно не надеванный, и он выглядел в нем пижоном, собравшимся на тусовку. Плонский накинул на плечи свой обычный серый пиджак, в котором ходил всегда, сунул в карман коробку транзистора, открыл холодильник, собираясь взять с собой хоть что-нибудь съестное, но Толмач остановил его.
— Обижаете, Александр Евгеньевич! Все есть.
Еще через сорок минут они приехали на аэродром. Пилот был тот же молчаливый, с виду даже застенчивый парень в плотной, по самое горло застегнутой куртке.
— Не догулял или не выспался? — спросил Толмач, похлопав его по плечу. — Ничего, успеешь отоспаться и нагуляться. Рейс коммерческий, так что будет и заработок.
— Какой груз? — спросил пилот.
Толмач вопросительно посмотрел на Плонского, и тот объяснил:
— Груза никакого не будет. Наша задача — осмотреть тайгу — и только.
— Маршрут?
Пилот раскинул карту, и Плонский обвел рукой треугольник: вахтовый участок Дубова — таежные озера — поселок Никша. Нарочно показал большое пространство, чтобы не угадывалось, какое конкретно место его интересует.
