Конечно же, не все добытое оседало здесь. Оставалось после очередного дележа у каждого из пиратов разумное количество денег, которых им хватало (а может, и не хватало) на умеренную попойку, без сопутствующего ей бессмысленного и разоряющего погрома, на покупку наиболее необходимых вещей.
Немало, ой немало, переграбили кораблей за эти годы экипажи Гоббса и Вернса! Но заметного следа в истории пиратства оставить они не стремились. Уж больно выгодно для них действовать укромно, исподтишка.
Вся энергия уходила не на завоевания славы, а на все новые захваты очередной добычи. Старались они при этом меньше обращать на себя внимания. Стиль это их был, что ли, не берусь судить. С подобной, наверное, целью они часто меняли флаги, но больше ходили под английским и французским, под которыми и творили свои бесчинства большинство пиратских вожаков того времени. Даже названиями корабли Гоббса и Бернса старались не выделяться из основной массы, не привлекать к себе любопытных. Хотя, впрочем, спорно это. Я, к примеру, считаю имена «Айна» и «Джина», которыми соответственно были наречены корабли Бернса и Гоббса, довольно странными. Но мое дело – лишь пересказывать читателю то, что известно. Объективности ради скажу об одной уловке пиратов: в наиболее дерзких своих вылазках, особенно если удар предназначался (и это было заведомо известно) соотечественникам, дабы обезопасить себя на случай, если вдруг уцелеет кто-либо из нежелательных свидетелей, наши «герои» меняли названия кораблей, прикрепляя поверх основной надписи на борту судна щит с каким-либо (а их было несколько) дублирующим названием.
Вот и теперь «Айна» и «Джина» бросили якоря в Розовой бухте после серии удачных набегов на одинокие суда, опрометчиво вышедшие в море и попавшиеся, что называется, под горячую руку.
Терпящий бедствие корабль с невольниками, проку от которых уже не было, так как почти все если уже не испустили дух, то были на грани того, только раззадорил пиратов. Следующим им попалось судное грузом кож, которые тут же были перегружены в свои трюмы – с надеждой продать потом где-нибудь с выгодой. Далее подвернулось судно с маисом, и снова пираты чертыхались, что зря только потратили время и порох на «это дерьмо», которое тотчас было отправлено ко дну. Но зато потом…
В жизни каждого человека бывает звездный час. Он наступил и для Гоббса и Бернса ранним погожим утром, когда все увидели то, что хотя бы во сне мечтает увидеть любой из пиратов. Столкнуться с таким – большая удача. Мы уже говорили о Золотом флоте, который был самой заманчивой добычей для пиратов. И не мудрено, ведь галионы – специальные суда, приспособленные под перевозку драгоценных грузов. Шутка ли: полный трюм золота и серебра. А таких галионов шел целый караван. Но уж больно недоступна добыча. Ведь Золотой флот всегда ходил под мощной охраной целой армии боевых кораблей. Конечно, пиратам в одиночку справиться с ними просто не реально. Но… Бывают редкие исключения, когда что-то непредвиденное нарушит действие отлаженного веками механизма. Именно веками, ибо порядок прохождения Золотого флота установлен на века и не подлежал никаким изменениям. Чуть подробнее скажу об этом феномене: Золотой флот был, что называется, святыней Испании в то время, с одной стороны, и для пиратов всевозможных стран и мастей – с другой.
Итак, один, иногда два раза в год из Испании к берегам Нового Света отправлялась эта супер-флотилия. Строжайше соблюдался маршрут следования, который ни в коем случае не менялся. Из гавани Сен-Лукарден-Баррамеды, жемчужины Севильи, караван шел на юг к Канарским островам, где брал курс на запад, одолев Атлантику, выходил к Гаване через Багамский канал. Тут-то и делился надвое он, одна часть которого отныне шла в Пуэрто-Бельо, другая – в Веракрус. Там уже ждал груз, добытый трудом и жизнями бессчетного количества невольников в открытых относительно недавно золотых копях Нового Света. Но что это было за открытие! С 1535 по 1660 года испанские колонизаторы вывезли из этих колоний драгоценных металлов на такую сумму, что все копи Старого Света за все время своего существования не дали и половины этой суммы. Так что, думаю, уже из этого можно составить представление, сколь ценным был груз, оказавшийся в трюмах галионов.
