Золотой век Испанской империи полностью

С недавних пор еще одним членом Совета Индий являлся лиценциат Гутьерре Веласкес де Луго, типичный представитель испанской бюрократии того времени. Он был родственником кубинских Веласкесов и братом гранадского судьи Алонсо де Луго, а также, очевидно, был связан узами родства с хронистом из Медины-дель-Кампо, Берналем Диасом дель Кастильо{902}. Веласкес, никогда не покидавший Испанию, предложил, чтобы все новые экспедиции на Амазонку начинались из Перу, приблизительно из того места, откуда выступил Орельяна. По его мысли, Орельяне следовало взять из Испании 180 человек, из которых 70 будут кавалеристами{903}.

В конце концов, в феврале 1544 года Орельяна все же получил от короны разрешение «на открытие и заселение земель, называемых Новой Андалусией». Из уцелевших документов неизвестно, кто предложил это название, но это наверняка был кто-то из членов Совета, скорее всего не сам Орельяна.

Новая территория, отведенная Орельяне, простиралась на много миль вверх от устья Амазонки. В ее устье следовало возвести город, и еще один на некотором расстоянии вглубь материка, в месте, которое он сам, королевские чиновники и монахи сочтут наилучшим. Орельяне предстояло получить столь желанный титул аделантадо, а также губернатора и капитан-генерала{904}. Ему было предписано взять с собой 200 пехотинцев, 100 кавалеристов, 8 монахов и 8 африканских рабов, а также необходимые материалы для постройки бригантин, чтобы подняться вверх по реке.

Орельяне полагалось жалованье в 5000 дукатов в год, которое должно было выплачиваться из доходов от завоеванных и заселенных земель, а также двенадцатая часть королевского дохода, при условии, что он не будет превышать миллион мараведи в год. Помимо этого, он также освобождался от налогов.

Орельяну предупреждали:

«…буде обнаружится, что какой-либо губернатор или капитан уже разведал или колонизировал какую-либо часть речного берега и по вашем прибытии он будет находиться на этом месте, вам не следует предпринимать ничего в ущемление его интересов… даже если вы найдете, что эта область находится в вашей юрисдикции как губернатора, дабы нам избежать тех недоразумений, какие возникали в подобных ситуациях в Перу и в других местах».

Он получил указания придерживаться правил, которые были оговорены с «Его Светлейшим Величеством, королем Португалии» касательно раздела Индий, а также относящихся к Молуккским островам и островам Пряностей{905}.

Было и несколько менее важных условий: на кораблях Орельяны не должно было быть индейцев, «разве что это будет какой-нибудь индейский мальчик, которого испанцы… сочтут нужным взять с собой [в качестве переводчика]», и даже в таком случае было необходимо получить одобрение у вице-короля Перу. Орельяну предупредили, что ни ему самому, ни кому-либо из членов его команды не следует брать у индейцев «ни женатую женщину, ни ребенка, ни какую бы то ни было женщину; ни золота, ни серебра, ни хлопка, ни перьев, ни драгоценных камней, ни каких-либо других вещей, разве что на обмен или с уплатой за них». Впрочем, если у экспедиции закончится взятая из Испании провизия, «…им будет позволено просить пропитания у индейцев, с предложением обмена или, буде те откажутся, обращаться к ним с просьбой об упомянутом пропитании, с приложением увещеваний и добрых слов, и всяческих средств убеждения, однако никоим образом не следует заходить настолько далеко, чтобы отбирать пищу силой, разве что сказанные средства не возымеют действия, и после того как будут испробованы все другие способы, какие будут посоветованы инспектором и монахами вкупе с командующим».