Беналькасар вышел из Кито в начале 1538 года и двинулся на север, имея при себе около 500 человек, хорошо снаряженных для ведения военных действий. Он добрался до места, называемого сейчас Попаян, и затем поднялся по реке Магдалене через современную Колумбию к Нейве. У него еще оставались около 300 людей, к которым многое добавляло его собственное прославленное имя как одного из покорителей Перу. По пути он основал четыре города, включая поселение в Попаяне, где он оставил общим счетом 300 человек. В Нейве до него дошли известия об экспедиции Федермана, и он послал гонцов к Хименесу де Кесаде, надеясь согласовать с ним дальнейшие действия против неожиданно появившегося немца из Венесуэлы.
Для Федермана это было тяжелым ударом – в конце невероятно тяжелого двухлетнего путешествия обнаружить, что территория, которой он, от имени Вельзеров, пытался завладеть и присоединить к Венесуэле, уже занята другими. Однако он смотрел на вещи трезво. Федерман сделал замечательный ход: в качестве уступки он подписал соглашение, по которому оставлял своих людей во власти Хименеса де Кесады, а точнее, его брата Эрнандо, – однако сам он вместе с первым из вышеназванных должен был отправиться в Испанию на одном корабле, чтобы добиться в Совете Индий справедливого решения относительно того, кому следует править захваченной территорией.
Позднее Вельзеры сочли, что, оставив своих людей в «Новой Гранаде», Федерман превысил свои полномочия. Однако Богота имела много привлекательных черт; кроме того, некоторые из людей Федермана все равно пришли из Санта-Марты или, как упоминалось выше, из Парии, и он подумал, что они вряд ли согласятся по его приказу вернуться в Коро тем путем, которым пришли сюда. Принятое им решение было правильным – даже несмотря на то что если бы состоялось сражение с Хименесом де Кесадой в том же стиле, в каком испанцы сражались в Перу, Федерман бы скорее всего победил, поскольку армия Хименеса де Кесады находилась в плачевном состоянии. Теперь же люди Федермана помогали устанавливать в Боготе ядро испанского правления – с магистратами, советниками, нотариусами и прочими чиновниками{1082}.
Вскоре Хименес де Кесада также смог достигнуть соглашения и с Беналькасаром. Текст был впоследствии утерян – но известно, что они согласились с ревизией, составленной фраем Доминго де Лас Касасом. Беналькасар прибыл в Боготу – теперь она называлась Санта-Фе-де-Богота, – встретился с Федерманом 20 июня и вместе с двумя своими соперниками отплыл на бригантине вниз по Магдалене. Сперва они направились в Картахену, где имели встречу с Хуаном де Санта-Крус – судьей, назначенным проводить
В Картахене трое конкистадоров из Боготы принялись ждать корабля, который отвез бы их в Кастилию. Пока они ждали, на Хименеса де Кесаду обрушилось судебное разбирательство, затеянное его бывшим подчиненным Диего Эрнандесом Гальего, касательно той первой флотилии бригантин, которая поднялась по Магдалене и не смогла найти его армию. Однако в конце концов все трое вернулись в Испанию – Хименес де Кесада и Беналькасар прямым маршрутом, Федерман с заходом на Ямайку. Первый из названных взял с собой 11 тысяч песо золотом в виде двадцати одного слитка, а также девять сундуков с изумрудами и одно изумрудное ожерелье (
Обстановка, в которой оказались конкистадоры по возвращении, была крайне неблагоприятной для них. К этому времени Бартоломе де Лас Касас выигрывал свои дискуссии против
