День Сергея не задался с самого утра. Младший из детей подхватил ангину, и жене пришлось остаться дома на больничном. Такие бытовые мелочи не влияли на его расписание, но незаметно ухудшали общее настроение. Боевой костяк вверенного ему подразделения вконец обленился и почти не занимался текучкой. Показатели неизбежно падали и, вместо того чтобы аккуратно держаться в середине списков лучших и худших, ползли вниз. Число подношений, собираемых с территории, росло совсем вялыми темпами, и с этим пора было покончить.
Закрывшись у себя в кабинете вместе со своим замом, Самсонов в устной форме набросал тому план мероприятий, которые следовало незамедлительно запустить в жизнь. Звонок от банкира прервал его размышления вслух, и резкость в разговоре была во многом обусловлена присутствием рядом зама, аккуратно записывавшего поручения в пухлый еженедельник. Отпустив его, Сергей решил перезвонить в банк и сказать, что сорок восемь часов — это недопустимо много, но входящий вызов от Земцова изменил планы.
— Удалось выяснить, куда запропастилась Гангарт? — не утруждая себя формальными приветствиями, Виктор Павлович сразу перешел к деловой части своего звонка.
— Занимаемся, к вечеру доложу непременно, — с ходу соврал подполковник, мысленно проклиная все на свете.
— Добро. Не затягивай с этим. В городе гости, в четверг вечером жду тебя с докладом, — Земцов, не прощаясь и не дожидаясь ответа, прервал связь.
Схватившись за край стола, Сергей сначала оттолкнулся от него, откатившись на кресле назад, затем, подтянувшись руками, снова подкатился к нему. Проделав такие манипуляции несколько раз, он наконец встал с кресла, подошел к деревянному шкафчику и, достав оттуда бутылку минералки, сделал несколько глотков прямо из горла. Звонить в банк он передумал. Слив со стороны Низовцева был очевиден, и давить на него через банкира имело смысл только в случае, если целью всего мероприятия станет банальная уголовка без серьезных коммерческих перспектив. Забыв на время о Низовцеве, Сергей начал мысленно готовиться к встрече с Филиппом.
Теперь они встретились днем на берегу одного из подмосковных водохранилищ. Погода стояла обычная для начала московской зимы. Желтые и красные листья застилали тропинку, по которой они шли вдоль берега, поросшего засохшим камышом. Филипп ни на секунду не удивился, услышав имя и фамилию Лены, с которой расстался только сегодня утром. Такой поворот событий легко можно было предугадать после первой встречи, на которой прозвучали имена Низовцева и Хайруллина.
— Может, нам с тобой открыть детективное агентство, а? Назовем его, к примеру, «Рогатый муж». Отбоя не будет, — сказал Филипп, после того как Самсонов вкратце пояснил тому диспозицию.
— Я сначала тоже думал, что это личное, но теперь начинаю сомневаться. Помнишь, ты мне на прошлой встрече сказал о своих опасениях?
— Каких именно?
— Что скоро в городе станет неспокойно.
— Это не опасения, а предчувствия. Интуиция, одним словом. Подтверждаются мои слова? — Филипп замедлил и без того прогулочный шаг и, почти остановившись, смотрел прямо в лицо своему старому товарищу.
— Похоже на то. Чужие в городе, — Сергей остановился.
— Этого следовало ожидать.
— Почему?
— Потому что Нотарбалтоло — двоюродный брат одного из важных сицилийских боссов. Эти люди не оставляют чужие грехи без наказания, не дожидаясь страшного суда, — закончив говорить, Филипп пожал плечами и снова пошел вперед, невольно принуждая подполковника двинуться вслед за ним.
— Не похоже, уровень не тот. Наш куратор не обратил бы на них никакого внимания, мелковата рыба.
Самсонов шел рядом, и мгновенная искра злорадства по отношению к своему земляку промелькнула в его сознании, как падающая звезда в августовском небе. Филипп так и остался на уровне, где не учитываются иные мотивы, кроме личной наживы.
— Твой куратор, у меня кураторов нет, — поправил тот Самсонова и, не дожидаясь реакции, продолжил: — Как я понимаю, твой Земцов вхож во многие кабинеты, и если он цинканул тебе про въехавших в страну нелегалов под чужой личиной, то почему ты решил, что итальянцы не имеют к этому отношения? Подумай сам, такое происходит каждый день: кто-то приезжает, кто-то уезжает, кого-то ловят, но никто тебе ни о чем не докладывает, так? Значит, в этот раз существует некая связь между приехавшими и нашими делами, и это теперь касается в том числе и нас с тобой. Расскажи, насколько ты продвинулся вперед по людям, информацию о которых я слил твоему оперу.
