В мастерской было привычно холодно. Завернувшись пледом, взял кисть и при слабом свете стал дописывать картину. Запах разбавителя приятно щекотал ноздри. Звуки музыки, звучавшей по радио, слились с работой. Рыбы на картине ожили, завиляв хвостами… Отставил мольберт в начале третьего, освежил лицо холодной водой и спустился в подвал дискотеки. Там шел дым коромыслом. Под каменными сводами вертелся зеркальный круг, пахло алкоголем. Клиентура заведения – в большинстве бедные рабочие. Много черных из пригорода. Ги я нашел стоящим у бара. Он общался с высокой брюнеткой. Заметив мое присутствие, подтащил меня за руку к себе:
– Знакомься, Наташа из Москвы.
– Очень приятно, – ответил я, подозревая ловушку.
На ней была надета ультракороткая юбка, кукольный носик и волосы, завязанные хвостиком. И она о чем-то грустила. Ги сунул мне в карман деньги и занялся подошедшим соплеменником с золотыми зубами. Смесь хулигана с гопником.
– И давно приехали во Францию? – начал я интересоваться ситуацией новой знакомой.
Мы нашли свободный пуфик и сели, продолжая беседу. У каждой несчастной своя история, а ее относилась к категории бестолковой любви. По словам Наташи, все началось с сайта знакомств. Жажда приключений и путешествия превратилась в ее страсть. Мир широко открылся, давая сказочные возможности встретить ту самую желанную половинку, что и произошло. С этим французиком она долго переписывалась, и тот вскоре пригласил ее в Париж к нему в гости. Еще в аэропорту возникли сомнения, когда за ней приехал обрюзгший косой араб. Извиняясь за ее жениха, мол, занят, к сожалению, важными обязанностями, подхватил чемодан и посадил в машину. Веря, что все обойдется и едут они к красавцу из Интернета, Наташа по ехала, но получилось по-другому. Войдя в квартиру на окраине города, еще от входа заваленную барахлом, увидев в проем двери кровать с грязным бельем, запротестовала. В ответ из ванной комнаты буквально вылетели три темнокожих и замотали зовущую на помощь беззащитную жертву. Отняли паспорт, засунули кляп в рот и пообещали убить, если не даст кредитную карту. Мало того, потребовали, чтобы ее родственники выслали жадным арабам еще и выкуп. Поняв, что крупно попала, она дождалась перевода большой суммы. Арабы, после того как получили куш, смылись, оставив ее одну, привязанную веревкой к батарее. Освободил ее сосед, услышавший стоны. Приехала полиция, Наташу отвезли в больницу на обследование. Комиссар, снимая показания, был чутким и внимательным. Объяснил Наташе схему обмана. Делается это так: выставляется на сайт приличная фотография молодого обеспеченного человека – наживка, то есть приманка. Далее ищут потенциальную невесту. Переписываются, «влюбляются» и тому подобное, и только когда понимают, что можно взять, приглашают на съемную хату. Найти разводил сложно, они не оставляют следов. Для него, француза, русская душа была загадкой. Бросить все и приехать в чужую страну за мифической, совершенно глупой затеей и найти по каталогу любовь! «Ну что, разберемся. Будем наводить справки среди жуликов. Сообщим о результате, мадам», – примерно так поняла Наташа поучительную беседу с копом. В конце недели ее выписали из больницы. К счастью, у нее сохранился билет на обратный рейс. До вылета оставалось четыре дня, и, порывшись в записной книжке, девушка нашла номер телефона малознакомой хохлушки. Та жила одна и могла приютить у себя. Сама же хохлушка на время сейчас замещала тут за баром заболевшую подружку, и Наташа ждала терпеливо, когда та освободится и даст ей ключ от квартиры.
– А правда, что в этом подвале якобинцы пытали верных королю аристократов? – спросила меня Наташа. Это ей успел наврать чернокожий Ги.
– Нет, дорогая, над нами когда-то стояла угловая башня Корденленского аббатства. Оно было обширным по площади, обнесенное стенами. Здесь скрывались бунтари – будущие революционеры: Дантон и компания. В конце XVIII века в нем случился пожар. Сгорело все, кроме часовни. Алчные предприниматели воспользовались бедой, растащили камни и понастроили из них улочки вокруг. Мой дом тому пример. Деревянная балка поддерживает парадный вход над облицованными обломками гранитной колонны. Ну а прежние подвалы остались. В пятидесятые годы их начали открывать как ночные клубы. В моде был американский джаз. Не обошли, конечно, к сожалению, и наш, с готическими арками, погреб с крутыми, отшлифованными до блеска ступеньками. Первое название этого злачного заведения совпадало со временем Le Cave de Nouvelle Orlean, – закончил я краткий ввод в историю для уставшей Наташи.
Из бурлящей толпы вынырнула хохлушка, подошла к нам, передала ключи. Оглядев меня подозрительным взглядом, торопливо ушла. Музыка джунглей, увеличивая обороты, давила на психику. Я галантно предложил проводить землячку до остановки автобуса.
