«Не хватало, чтобы еще и Маккой поверила в эти бредни…» - раздраженно подумал про себя.
- Ладно-ладно, - сдалась женщина. – Мне жаль с ней расставаться, но ради тебя я это сделаю. Я ее уволю. Думаю, она все поймет и не будет на меня обижаться. Я ей объясню все, как есть: что тебе пока больно видеть ее здесь, что рана в сердце еще не зажила…
- Аррр, - тихо зарычал Блэк, хватаясь за голову. – Не надо ей ничего объяснять. Всё. Не надо никого увольнять. Короче, забудь об этом разговоре. – Встал со стула. – Пускай работает, мне на нее реально пофиг. Спасибо за чай, мне пора бежать.
- Уже уходишь? Так быстро?
- Да, идем с Эмметтом в спортзал.
Когда Несси вернулась, ГБ-шника уже не было.
- Джейк уже ушел? – спросила осторожно у Шэрон.
- Да, побежал с другом в спортзал, - ухмыльнулась женщина, довольная тем, что удалось отстоять Ренесми.
Блэк, не добившись нужного результата от бабушки, решил действовать через стипендиатку. Вечером он подъехал к дому девушки и принялся ждать. Вскоре к подъезду подъехало такси, из которого вышла Ренесми. Джейк также вышел из машины и окликнул стипендиатку. Девушка обернулась, остановилась. В душе появилось волнение. Такси уехало, Джейк подошел и, окинув Несси безразличным взглядом, промолвил:
- Если ты еще не поняла, объясняю: я не хочу тебя больше видеть в доме Шэрон.
- М-м, понятно, - не выражая эмоций и пытаясь скрыть волнение, кивнула Ренесми. – Только об этом тебе нужно с миссис Блэк говорить. Она меня взяла на работу, и ей меня увольнять. Сама я увольняться не буду, потому что сложно объяснить причину такого увольнения.
- Не нужно никому ничего объяснять. Просто собралась и ушла. Скажи, что нашла работу поинтереснее.
- С какой стати я должна врать Шэрон по причине твоих неудовлетворенных желаний?
Эти слова для Джейка стали подобны плевку в лицо.
«Что себе решили эти стипендиаты? Думают, раз метки отменили, то можно совсем охаметь?» - мысленно возмутился парень, вслух произнес:
- Последний раз говорю: уйди по-хорошему, и не заставляй выживать тебя, как надоевшего таракана. И не думай, коль в школе отменили метки, я не найду на тебя управу.
- О да, - Маккой скорчила презрительную гримасу, - что управу найдешь, я даже не сомневаюсь. В конце концов, ты физически сильнее, можешь избить меня прямо сейчас. Начинай, - развела руки в стороны, демонстрируя готовность покорно принять применение физического насилия.
- Кем ты себя возомнила, чтобы я об тебя руки марал? – скорчил Блэк в ответ такую же презрительную гримасу.
- Не я, ты сам слишком много внимания уделяешь моей персоне. Не жалеешь своего времени на меня, ходишь по моим работодателям и выпрашиваешь, чтоб уволили меня. Не можешь жить спокойно с мыслью, что у меня может быть все хорошо. Знаешь, я ведь о тебе в последнее время вообще не вспоминала, сделай одолжение, поступай также. Забудь о моей существовании и перестань беситься из-за того, что тебе отказали в постели. Я ведь не первая отказала, и не я последняя. Поверь, впереди у тебя еще будет много обломов, еще будет не одна девушка, которая откажет твоему напыщенному самолюбию. – Закончив на выдохе, Ренесми решительно развернулась и пошла к подъезду, чувствуя, что если задержится, то ГБ-шник действительно применит к ней физическое насилие. Ощущение было такое, будто она раздразнила злую собаку и теперь имеет все шансы быть разорванной на куски. Рискованно, страшно, но в то же время так давно хотелось сказать Блэку в лицо всё, что она о нем думает. И она это сделала.
Ощущения девушку не подвели. Джейк стоял, как приклеенный с асфальту, испытывая сильное желание заткнуть наглую стипендиатку, которая посмела наговорить ему таких гадостей. Больше всего раздражало то, что во многом она была права. Он действительно бесился из-за ее отказа. Ему действительно отказывали до нее, и Джейк знал, что не один еще отказ будет после нее. Угнетало то, что и Маккой это знала, знала и посмела бросить это ему в лицо. В тот момент Блэк себя чувствовал не только продинамленым парнем, но и ГБ-шником, которого перестали уважать и бояться стипендиаты. Злость захлестнула «золотого» мальчика, захотелось сделать так, чтобы Маккой очень пожалела о своих словах и своей наглости.
Эдварду не составило труда вернуть расположение Тани. Жених явился с большим букетом цветов в сто одну розу и с дорогим набором украшений из платины. Наговорил придуманных в самолете речей о том, как при первой встрече был сражен красотой Тани, не похожей на всех ньюйоркских и привычных ему девчонок. Как чувствовал себя неуверенно рядом с ней и боялся, что она сможет его забраковать, хоть и скрывал свой страх. Как усиленно учился и развивался на протяжении учебного года, чтобы быть достойным ее и не упасть в грязь лицом при более глобальном сближении, поэтому и уделял так мало времени ей. Как напился на своем дне рождении из-за злости и ревности, потому что его друзья Эмметт и Джейк, как и он, попал под действие чар Денали, уделяли ей много времени, и Тане, похоже, это нравилось…
