Опустив голову и спотыкаясь на ступеньках, Элис медленно спустилась вниз. Остановилась, пытаясь оглядеться и понять, в какую сторону ей теперь идти. Взгляд скользнул по чем-то знакомом, близком и родном. На мгновение Брендон замерла, затем глаза суетливо забегали в попытке найти это что-то. Нашли, но не что-то, а кого-то. Среди огромного количества прохожих глаза Элис разыскали знакомый силуэт. Его светло-медовые волосы были спрятаны под шапкой, низко натянутой на глаза, но это не помешало Брендон узнать в приближающемся к ней человеке своего ангела-хранителя. Его фигуру, его походку, манеру одеваться она никогда бы не спутала с кем-то другим. Когда он оказался поближе, Элис могла уже рассмотреть его лицо, выражающее какое-то беспокойство: его глаза, его нос и губы. Совсем близко, уловила его запах. Ничего не говоря, блондин просто взял ее за плечи и обнял, крепко прижимая к себе. И когда Брендон уткнулась носом в его кожаную куртку, внутри нее что-то прорвало, она разрыдалась на всю мощь, до конца не понимая от чего: от горя, потому что умерла для Каллена, или от радости, потому что рядом с ней оказался Уитлок.
========== Глава 91. По плану Карлайла ==========
Добившись от сына прекращения голодовки, Элеонора Уитлок и другие члены семьи Джаспера облегченно вздохнули, решив, что мальчик, наконец, образумился и начал свыкаться с тем, что будет жить и учится в Бельгии. Наслаждаться семейной идиллией пришлось им недолго. Со временем мама и бабушка начали замечать, что с каждым днем Джаспер теряет способность к каким-либо человеческим эмоциям и все больше становится похожим на равнодушного ко всему робота. Объективно он делал все, что от него требовали старшие: занимался на дому индивидуальным обучением по школьной программе вместе с репетиторами; вместе с семьей завтракал, обедал и ужинал; общался с родными, отвечая на все их вопросы, но никогда не инициируя разговор первым. Отца и деда, которые редко бывали дома, поведение парня вполне устраивало, они не замечали того, что замечала мама. С беспокойством Элеонора обращала внимание на прогрессирование сильнейшей апатии у сына, он практически перестал улыбаться, шутить и проявлять к чему-либо интерес. Перестал заниматься любимыми делами: спортом, иностранными языками, рисованием. В свободное от занятий время молча лежал на кровати в своей комнате, смотря пустым взглядом в потолок, либо неотрывно играл в компьютерные игры до сильно покрасневших глаз, либо накуривался травкой, которую привозил по его просьбе Дэн, употребление которой в небольших дозах не считалось в Бельгии правонарушением.
Однажды Элеонора вошла в комнату сына и застала его лежащим на кровати с сигаретой во рту. Он курил, сбрасывая пепел в пепельницу на прикроватной тумбочке. Устремив на мать безразличный взгляд, в очередной раз затянулся, затем выпустил дым, подняв голову к потолку.
- Сынок, почему куришь в кровати? Почему не выходишь на балкон? – с беспокойством спросила мама, подходя ближе.
- Мне нельзя курить в кровати? – спокойно, без каких-либо эмоций спросил блондин. - Хорошо, не буду, - тут же встал и вышел на балкон. Элеонора тяжело вздохнула и отправилась следом.
- Джаспер, мне очень не нравится твое состояние и твое безразличие ко всему, - заговорила мама, присев рядом с сыном.
- Мне не нравится разгул терроризма в Европе и природные катаклизмы. Что поделать? – таким же спокойным тоном произнес Уитлок, смотря перед собой куда-то в пустоту безжизненным взглядом.
- Почему ты забросил занятия спортом?
- Зачем мне спорт?
- Ну, раньше ведь ты занимался…
- Раньше мне нравилась жизнь и много чего в ней нравилось.
- Хочешь сказать, что совсем потерял интерес к жизни? Но так же нельзя! – не выдержав морального напряжения, Элеонора повысила голос. – Нельзя из-за какой-то ерунды отказываться от жизни и хоронить себя заживо! Хватит уже строить из себя жертву! Ничего плохого с тобой не произошло! Ты всего лишь пару лет проживешь в Бельгии. Твоя Элис закончит школу, и пусть переезжает сюда, будет здесь получать высшее образование! Твои друзья никуда не денутся, в любой момент могут приехать и погостить у нас.
- Не приедут.
- Почему?
- Я им сказал не приезжать. Мне не нужны друзья в гостях на пару дней, мне нужны они по жизни, постоянно, - все также безразлично продолжал блондин, которого эмоции матери, казалось, совсем не трогали.
- Почему ты забросил рисование?
- Зачем оно мне? Архитектором все равно не быть…
- Да почему же не быть? До твоей коронации еще неизвестно сколько лет пройдет, как минимум, лет десять ты сможешь заниматься любимым делом.
- Хорошо, - очередная безразличная реплика Джаспера, и снова в никуда.
- Что хорошо?
- Я тебя услышал.
- И? Услышал – хорошо. Дальше что? Ты собираешься что-то менять в своей жизни?
- Нет.
- Почему?! – пустые разговоры по кругу не о чем, выводили женщину из себя.
- Не хочу.
- Джаспер, ты хочешь меня совсем добить?! – эмоционально протянула женщина.
- Нет. А вы меня?
- С тобой невыносимо вести диалог! – Элеонора вскочила с места.
