браться с силами. Я никогда в своей жизни не чувствовала себя такой напол-
ненной! Он трахает меня так сильно, его пальцы находят все самые чувстви-
тельные точки внутри моего тела.
— Скажи мне, что я хочу услышать, Элла.
Я не могу, даже если захочу. Я на грани самого сокрушительного оргазма,
который я не испытывала за всю свою жизнь. Он засовывает пальца в меня
ещё глубже и трахает меня ещё сильнее и быстрее, чем раньше. Затем, он
просовывает под меня другую руку и сажает меня так, чтобы сейчас я стояла
коленями на сиденье, частично всё ещё находясь на его коленях. С этого поло-
жения, он может ещё лучше контролировать меня и толкаться внутрь.
Я почти уверена, что умру от оргазма.
Под этим углом продолжая трахать меня пальцами одной руки, другой он
начинает потирать мой клитор. Я причитаю, когда он приводит меня к разруши-
тельной кульминации. Волна за волной захлестывают меня, и всё, что я могу
сделать, это опуститься на его руку и отпустить всё это.
— Да, сэр. Да, сэр. ДА, СЭР! — кричу я, кончая снова и снова.
Глава 12
Когда тело Эллы прекращает сокращаться вокруг моей руки, я шепчу ей на
ухо:
— Ты моя.
— Да, сэр, — выдыхает она, падая на сиденье.
Хорошо, что сидения кожаные. Джеймс разберётся с этим позже. Я обяза-
тельно проверю, чтобы ему дали прибавку.
Элла спит, пока мы не добираемся до шоссе. Я видел это раньше, сабы
испытывают такие изменения в сознании, находясь в прострации, и достигая
такого сильного оргазма, что их тела окончательно отключаются, когда всё за-
канчивается.
Я беру её на руки, несу к вертолёту, который ждёт нас, и сажаю в кресло.
Она спит весь полет, и я ни на минуту не свожу глаз с её совершенства. Когда
мы приземляется на крышу моего отеля, я нежно бужу её.
— Элла, мы здесь, — её глаза, трепеща, открываются, и она улыбается
мне. — Ты готова вернуться на родину?
Она кивает, и я веду её в главный зал.
— Мы прибыли не слишком поздно? — спрашивает Элла, косясь на бавар-
ские часы, висящие в холле.
— Тема этого бала – Полночь в Париже, поэтому они скорректировали
время начала бала. Мы очень по-светски опаздываем.
Элла кивает, и мы входим в бальный зал.
Впервые в своей жизни я не привлекаю внимание всех в зале в то мгнове-
ние, как захожу в него, потому что заходит Элла, и я больше никого не волную.
Все смотрят на неё, она самая красивая девушка в зале.
— Довольно рискованно носить такое платье, — говорит Элле девушка, ко-
торую я не узнаю.
Она права. Платье Эллы слишком короткое. Я убедился в этом. Я хотел,
чтобы она выделялась. Я хотел, чтобы она была самой захватывающей деву-
шкой здесь.
— Что вы имеете в виду? — ласково спрашивает Элла, словно не слыша
резкого тона в голосе дебютантки.
Девушка улыбается.
— Ну, очевидно, что платье не соответствует дресс-коду.
Я собираюсь шагнуть вперёд и сказать этой сучке, что, очевидно, я знаю
место, где она будет соответствовать дресс-коду, когда Элла кладёт руку на
моё предплечье.
— Сара-Белль? — спрашивает она. — Сара-Бель из Франции?
Челюсти девушки падает, когда она хватается за свое ожерелье. Колье, со-
стоящее из трёх кожаных ниток с болтающимся серебряным кулоном, если его
отцепить, я уверен, что получится маленький флоггер.
Я собираюсь подарить Элле некоторые игрушки, подобные этой.
— Элла? Это ты? Святые небеса!
Они обнимаются и немного разговаривают о том, как оказались здесь вме-
сте, а затем мы прогуливаемся по бальному залу. Каждые пятнадцать метров
кто-нибудь замечает Эллу и говорит ей, как красиво она выглядит. Ни один че-
ловек даже не узнаёт меня, все они крутятся вокруг неё.
И я не возражаю.
После примерно четвертого или пятого раза, когда к ней кто-то подходит,
Элла тянет меня за рукав.
— Мы здесь уже достаточно долго? Теперь мы можем уйти?
Я долго и тяжело смеюсь от такой просьбы.
— Конечно, мы можем уйти, Элла.
— Замечательно. Как далеко ты живёшь?
— Совсем недалеко, — говорю я и веду её к лифту, доставая карту-ключ,
чтобы разблокировать дверь лифта.
Элла смотрит на карту, когда мы входим в него.
— Ты живёшь здесь? — спрашивает она, когда я нажимаю на кнопку верх-
него этажа.
— Да.
— Это твой отель? Ты что Уолдорф?
— Так и есть.
— Я думала, что твой отец был адвокатом. Я не знала, что он был гости-
ничным магнатом.
— Отель – это семейное дело, которое досталось сначала ему, а затем и
мне. Он получил популярность благодаря своей юридической фирме по охране
имущества. Я прославился, как бизнес-консультант. В качестве, которого, в
первую очередь, я и приехал в Делавер. На самом деле, отель сам заботится о
себе. Я просто здесь живу.
Элла кивает, и я вывожу её из лифта. Как только за нами закрываются две-
ри, моё настроение меняется. Больше никто меня не удержит. Нет необходимо-
сти в приличиях и сдержанности. Я, наконец, возьму её так, как хочу.
Элла чувствует изменения, и её щёки начинают пылать.
— Сними своё платье, — командую я.
Лицо Эллы растягивается в улыбке, когда она опускает глаза и расстёги-
вает молнию. Платье падает на пол и она, снимая туфли, выходит из него. Эл-
ла стоит передо мной, обнаженная и великолепная. Я беру её на руки и, целуя, несу в спальню, а затем бросаю на кровать.
