– Дорогие мои, может, все-таки поужинаем? Капитан, я тоже рада вас видеть.
И наглый, совершенно наглый и весь такой самодовольный вервольф оторвался от модистки. Из рук девицу не выпустил, но произнес:
– Согласен. А что у вас на ужин?
Я закатила глаза, решив, что если уж он забыл поздороваться, то воспитание вервольфа – это дело исключительно Тафи. Уверена, у нее получится.
– Откуда ты здесь взялся? – Подруга пришла в себя. Заерзала в объятиях оборотня, и он был вынужден ее отпустить.
– Я имею свободный доступ в замок. Все-таки капитан, – усмехнулся страж.
И, честное слово, улыбнулся так привлекательно, что, не встреть я Данияра, сердце могло бы дрогнуть. А так – нет. Сейчас я четко разделяла симпатию и чувства, идущие из глубины души. И даже бывших парней из своего мира воспринимала как приключение, но без влечения к конкретному объекту. Тот самый конкретный объект отсутствовал и даже не подозревал, сколько раз я его вспоминала за этот вечер.
– Завтра утром мы возвращаемся к себе, – сообщила Тафи. Она привела себя в порядок. Оставалось лишь накрыть стол еще на стража, и можно праздновать.
– Я так и думал, ведь только что принцесса покинула замок.
Мы с Тафи переглянулись. Мое сердце забилось чаще, даже захотелось, чтобы Данияр вот прямо сейчас зашел к нам. Однако я тут же откинула эту мысль, стоило вспомнить, почему Милолика была вынуждена уехать. Сейчас принцу в красках расскажут сказочку про жабу и спасительные поцелуи, и Данияру станет не до меня.
– То есть, – произнесла я осторожно, – она дождалась принца и уехала? На ночь глядя? В мороз?
Я бы добавила «выгнали как блудливую собаку пинком под хвост», но ведь Милолика сама выбрала время отъезда. Или это она не дожидаясь вежливого: «Не пора ли вам домой, дорогие гости?»
– Ради этой персоны ведомственный стационарный портал заработает даже ночью, – совершенно серьезно произнес вервольф, а я замолчала.
Надо будет узнать про порталы подробнее, но не у Рея. Тафи – девушка образованная. Вот она мне все и расскажет.
– Дан, тебе повезло, – съязвил Герд, за что едва не огреб по макушке.
Стоило принцу увидеть снаряженную карету Милолики и ее сопровождения, как вопрос с допросом пришлось отложить.
Марк пообещал, что все трое будут с нетерпением дожидаться повелителя, что он лично не спустит с них глаз. И отбыл, насвистывая фривольный мотивчик и при этом совершенно не стесняясь подчиненных. А кто бы из них возразил начальству? Дураков не имелось.
Данияр в душе тоже радовался, потому что не зря они петляли по городу. Темный принц очень надеялся, что с помощью добытых сведений удастся взять Сореля за задницу. Пора спустить коня с небес на землю, а заодно показать другим членам Совета, кто в Родеоне хозяин. Это должно стать хорошим уроком для тех, кто тянул руки к власти.
– Тебе тоже повезло, – отозвался Дан.
– Согласен. Обе девицы мне не понравились, и я рад, что мы с ними не породнимся. Достаточно мирного соседства.
Провожать Милолику пришлось не слишком долго, однако освободился принц только через час. После чего выслушал доклад Вертислава, едва не хохотавшего во время рассказа из-за комичности увиденной ситуации. Принцесса действительно не ожидала такой подставы, а потому уехала быстро и без скандала. Все вышло мирно, с заверением искренней дружбы между государствами. Зачем все это время мучила влюбленного в нее герцога, если и сама к нему что-то питала? Этого Родеонский не понимал.
И только после этого правитель прямиком направился к Воронову. Данияру очень хотелось увидеть синеглазку, повторить их поцелуй… И поговорить. Но прежде допросить Крутикова и его несостоявшихся убийц, потому как дело крайне важное и не факт, что кто-нибудь из людей Сореля не попытается самоликвидироваться. Марк за ними присмотрит, но тянуть с допросом не хотелось.
А еще эта возможная связь синеглазки и крысеныша. Что это, только ли спектакли? И где третий актер, скакавший вместе с этими двумя в безудержном новогоднем хороводе? Вервольф нутром чувствовал, что стоит на пороге открытий важных и крайне значимых.
Данияр не прогадал.
Не прогадал настолько, что, даже вернувшись под утро, не смог уснуть. А едва рассвело, отправил секретаря, чтобы тот пригласил синеглазку для разговора. Ночь была крайне сложной, однако то, что узнал темный принц, не вмещалось в привычные рамки и требовало немедленного решения.
Дан отдал приказ накрыть на стол и повернулся к окну, дожидаясь девушку. Сейчас он хотел бы сорваться и быть вместе с Марком и его людьми, чтобы накрыть загородное имение Сореля, а также его самого. Лишившийся двоих людей конь мог всполошиться, а потому было решено послать стражей одновременно в оба места. Принц не сомневался, что знать может выступить с претензиями, поэтому было важно добыть доказательства неверности члена Совета. Самодурство до добра не доведет, а аргумент – он везде аргумент.
Магический вестник прилетел прежде, чем появилась синеглазка, и это ненадолго отвлекло. «Конь у меня, за городом порядок. Удивительного много», – писал Марк.
