Не сговариваясь, мужчины двинулись вперед, стараясь не привлекать к себе внимания и изредка лавируя между горожанами.
– Герд, ты отправляешься в замок, – чуть слышно произнес Данияр, когда Крутиков остановился у моста, а его преследователи пытались замаскироваться. Тощий мужичок встал за фонарный столб, а толстяк принялся читать афиши на театральной тумбе.
– Дан, – с горячностью зашептал Гердослав, осознавший, что сейчас его отправят в замок, где безопасно, но главное, там скучно. – Ты ведь рядом, и Марк тоже.
– Не переживай, – вступился за Герда Воронов и взмахнул рукой, подавая знак стражам. – Мы здесь не одни.
Данияр нехотя кивнул. Он все понимал, и что Герд уже не младенец – тоже. И все же это был его брат, которого он любил. Одно дело – воспитывать скалящего зубы вервольфа, другое – знать, что парочка убийц Сореля находится рядом и они на задании.
А потом все завертелось, и стало не до разговоров.
Пока Крутиков топтался у моста, его преследователи усердно прятались, но стоило парню сделать шаг по каменным ступеням, как худосочный человек начал действовать – попросил огонька…
Крысеныш почувствовал опасность и кинулся вперед, но тощий бросился следом, дернул за ноги… Грызун упал молча, неприятно хрустнула кость, а нападавший попытался скинуть свою жертву в протекавший под мостом ручей.
– Стойте. – Марк приподнял руку, предупреждая не совершать опрометчивого поступка – броситься на помощь незадачливому слуге. – Еще немного, ничего с крысой не случится.
От греха подальше Данияр накинул купол. Все-таки это не глухая окраина города, хоть и не центр. Могли пострадать люди.
Крутиков оказался тяжелым, и толстячок кинулся на помощь подельнику, потому как в любую минуту могли появиться случайные свидетели, которых тоже пришлось бы убирать. И дело не в пристрастии к насилию, это работа такая. Призвание, можно сказать. По зову сердца и кошелька.
– И ты здесь, – проворчал тощий, подхватывая ноги застонавшего парня. – Берись за голову.
– Надо было сталкивать с моста, а не за ноги хвататься, – не удержался от словесной оплеухи толстяк.
– Заткнись! – прошипел тощий, глядя, как подельник хватает Крутикова за плечи. – Давай раскачаем его и за борт.
– Давай. Слушай, а от него сильно пахнет колбасой, – удивленно протянул второй преступник и принюхался.
– Еще бы, он стащил ее у своего соседа в кабаке, пока тот крутил головой по сторонам, – доложил тощий. – Наверняка где-нибудь в кармане спрятана. Приготовься, бросаем…
Данияр и Марк слаженно кивнули и бросились вперед. Как тени следом налетели стражи, Герд несся рядом с ними. Но прежде чем все закончилось, Дан бросил парализующее заклинание, под действием которого все трое на мосту застыли в нелепой позе.
– В канцелярию в таком виде? Всех? – поинтересовался Герд, с любопытством глядя на стражей, ловко убравших «замороженных» с моста в ближайший проулок. Двое остались стоять, как скособоченные манекены, а третьего воткнули в снег и прислонили к стене, чтобы не упал.
– Предлагаешь кого-то отпустить? – полюбопытствовал Марк. Он подошел к закатившему глаза грызуну и уставился тому в лицо. – Как интересно…
– Что? – Дан следил за другом, в то время как сам Воронов принялся усиленно принюхиваться к лицу и шее грызуна. Выглядело несколько странно и даже пошловато, но в последнем никто бы и не подумал обвинить главу тайной канцелярии.
– Воняет от него странно. Пойлом и дорогим коньяком одновременно.
– Считаешь, Сорель постарался? – Данияр засомневался в щедрости коня, но допускал, что спиртное слуге было налито неспроста.
– Или этот грызун залез в наши погреба? – высказал предположение Герд, за что тут же заработал возмущенные взгляды старших. – А что?
– Туда ему точно не добраться. Будь уверен, защитное заклятие надежное, – заявил Данияр. – И потом, Варвара ему за это лично голову откусит.
– Она человек, – напомнил Гердослав, но уверенности в его словах поубавилось.
Все знали, что экономка хоть и не занималась рукоприкладством по отношению к подчиненным, но ее слушались. Даже мужики.
– Милорд, как будем доставлять арестантов? Морожеными в карету запихнем или расколдуете? – один из стражей обратился к Воронову, а Дан выглянул из-за угла на появившихся горожан.
Люди спешили домой, радовались жизни. И им не было дела до того, что еще несколько минут назад под мостом едва не утонул крысеныш.
– Боюсь, не запихнем болезного грызуна, потому как руки ему сломаем, – хмыкнул Марк. – Порталом отправим. Пусть только кто-нибудь обыщет еще раз то самое место, вдруг найдете что-то интересное.
Данияру же было плевать на руки грызуна. Как у всех оборотней, регенерация у крыс на высоте, так что ничего особого с ним уже не случится. Не успели утопить – и то праздник. Принца интересовал допрос, потому как помимо слежки и того, что случилось, в голове засела мысль: а если у Крутикова была та странная вещь, то нет ли такой у Златы? Они знакомы, про нее практически нет информации, и у Марка с этим процессом какой-то затык. Значит ли это, что синеглазка – непростой человек?
