Буквально через пять минут все было кончено. Оргазм накрыл нас с головой одновременно, заставляя судорожно выгнуться навстречу друг другу и слиться в сладком поцелуе, пока хватало дыхания.
И лишь спустя еще минуту, а может, и больше, я начала медленно понимать, где мы и что делаем.
Макс упирался в стену головой и шумно дышал, продолжая обнимать меня и гладить спину. Я терлась носом о его плече и смотрела на рубашку, слишком небрежно сорванную с начальника. Та одиноким белым флагом лежала посреди кабинета, символизируя временную капитуляцию перед натиском гормонов.
– О чем задумалась? – чуть отодвинувшись, Минаев посмотрел мне в глаза. – Снова жалеешь о случившемся? Собираешься сбежать?
Я прикусила губу, покачала головой.
– Тогда что не так?
– Не знаю, – пожала плечами, – странно все. Быстро и пугающе.
– Странно? Пугающе? Между нами как раз все понятно, Кир. Влечение есть, и мы оба его чувствуем. А вот видеть у Эскина в постах твои фото в одной пижаме – это неправильно, – тут же отозвался злопамятный Макс. – Зачем ты его к себе повела? Мне назло?
Упс. Пожалуй, к таким разговорам я точно еще не была готова…
– Сейчас не время и не место, – поелозив под начальником, попыталась выбраться на свободу.
Не вышло.
– Кир, – он подхватил мой подбородок, заставил смотреть на себя, – а когда время?
Я растерянно моргнула, не понимая суть вопроса. Он уточнил для растерянных секретарш:
– Давай сегодня? – Минаев явно решил ковать железо, пока горячо. – Мне правда нужно с тобой поговорить. Так как? Откроешь мне, если приеду?
– Куда придешь? – слегка опешила я, подозревая, каков будет ответ.
– К тебе домой, – подтвердил он мои опасения. – А что? Эскину можно, а мне нет? Или нужно ориентацию сменить, чтобы заслужить право быть приглашенным?
Подслушивал, значит! Охо-хо… С другой стороны – может быть, так и лучше? Скрываться от Макса я больше не собиралась и Эскиным прикрываться тоже. Устала.
– Что скажешь? – не унимался Макс.
– Скажу, что ориентацию можешь оставить.
– А в остальном?
– Я не знаю, что в остальном – во мне снова нарастала злость. – Ты, наверное, можешь прийти. Только так, чтобы мне потом твоя невеста и ее папочка не предъявляли по счетам.
Он нахмурился, промолчал.
– Отпусти, – попросила тихо.
На этот раз Макс слегка отодвинулся, дав возможность встать и привести в порядок одежду.
– Кир, не дуйся только, – поднимая рубашку, Макс скептически ее осмотрел и несколько раз встряхнул. Видимо, думал, что так она перестанет быть дико измятой. В итоге понял безнадежность затеи и пошел к гардеробу за свежей. – Я и правда хочу нормально поговорить. Только мне нужно четко понимать твою позицию.
– Ты ничего не говоришь про Марину, – упрямо напомнила я, поправляя юбку и собирая волосы в пучок. – Соврешь ей, что поехал на важный ужин? А сам ко мне?
– Ну при чем здесь это? Если ты волнуешься, что кто-то что-то узнает, обещаю, я все устрою.
Не то я хотела услышать…
– Ладно, мне пора.
– Я снова слышу обиду в твоем голосе, – Макс уже выглядел идеально, даже расческу где-то достал и волосы в порядок привел. – Что не так?
– Ты уходишь от ответа, – выпалила, не сумев промолчать. – Марину, значит, возьмешь в жены, а я буду иногда заходить к тебе в обед? Или сам по вечерам заезжать станешь? И кем я буду в этой истории?
Усмехнувшись, покачала головой.
– Не понимаю, – Минаев нахмурился. – Чего ты хочешь? Скажи прямо, как есть.
Дурака из себя строит? Ладно…
– Чего хочу? Простого женского счастья. Мужика, чтоб только мой. Регулярного секса. Иногда свиданий и внимания… Как все, Макс. Почему ты смотришь так удивлённо? Да, я одинокая и меня к тебе тоже тянет. Даже, может, сильнее, чем хотелось бы. И пока другого варианта нет, я могу пойти на такие отношения, уступить своим слабостям. Быть любовницей. Вот как сегодня, сейчас. Приходить к тебе, закрывать двери и заниматься быстрым сексом. А потом выходить, делая вид, что мы просто разговаривали.
– Ты передергиваешь, – поморщился Минаев. – Нам же было хорошо.
– Было. Но реальность такая странная штука, Максим… В ней обо мне станут судачить, я вновь стану темой для сплетен. Не ты, заметь. Потому что изменяющий мужик – это нормально в глазах общественности. А женщина, польстившаяся на чужого мужчину, имеет десятки имен, и все нецензурные. И потом, подобный формат отношений – это унизительно.
– Кир…
Он сделал шаг ко мне, а я выставила вперед руку, заставляя остановиться.
– Макс, ты спросил и получил ответ. Вот так я думаю про то, что между нами происходит. И я не сбегаю, чтоб ты знал, а просто иду в приемную работать. Только пойми: если на моем пути замаячит некто симпатичный и свободный, мы сразу попрощаемся.
– Ты себя слышишь?! – Макс сложил руки на груди. – Ну что за бред? Что значит “если кто-то замаячит”? Говоришь, что чувствуешь тоже, что и я, и тут же предполагаешь новую связь с неким субъектом.
– Так ведь и ты не один. Мариночка хоть и не стенка, двигать ее я не собираюсь.
Макс раздражённо мотнул головой:
– То есть, ты хочешь, чтобы я разорвал помолвку? Так?
Помедлив всего пару секунд, кивнула.
