Дорогу окружали каменные, кирпичные и деревянные дома, непохожие друг на друга. Иногда встречались строения по три-четыре этажа. Многие двери украшали яркие резные вывески. Мне повстречались несколько трактиров и различных лавок, трехэтажное здание банка.
Странница замерла, растерянно осматриваясь, а меня привлекла открытая веранда одного из магазинов. Вернее, пятилетняя девочка, что сидела на ее перилах среди буйства роскошных экзотических цветов. Она выделялась из толпы, но вовсе не из-за длинных золотых кос, украшенных крохотными разноцветными деревянными и глиняными фигурками. Девочка обладала сильной, необычно чистой аурой. Похоже на веранде она уже находилась давно — цветы окружало мягкое сияние колдовства, и маленькая волшебница заскучала. Впрочем, дети быстро находят себе занятия. Невидимый для обычного обывателя шар возник на ладонях ребенка. Он наливался красками, менял форму, от усердия девочка прикусила губу, а потом вскинула руку. Сгусток энергии взмыл в воздух и опустился на плечо одного из прохожих, в один миг, излечив черное пятно на его ауре. Хмурый человек расправил плечи, улыбнулся.
Одаренная довольно потерла ладошки и взялась за новое творение. В этот раз над толпой взмыла звездочка, она раскололась, осыпав людей светящимися искорками.
Мелодично зазвенели колокольчики — расписные, с удивительными птицами, чьи крылышки трепетали на ветру; с лавки вышла молодая женщина.
— Любушка! — она укоризненно всплеснула руками.
— У меня получилось! Получилось! Теперь исполнятся их самые сокровенные желания! Правда, здорово?
Ответа я не расслышала, странница (ей тоже досталась одна из искр) определилась с дальнейшим направлением и переступила порог таверны. Стены просторного зала, обшитые деревом, декорировали пустые бутылки и картины с изображением моря. Стойка, столы, стулья, скамейки — все деревянное, вырезанное из двух пород: светлого и темного оттенка. Официантка в длинном, до пола, сарафане несла поднос с хлебом для четверых матросов, к столику около окна. На столешнице уже стояла сковородка с рыбой, оловянные тарелки и ложки с эмблемой трактира. Вдохнув аппетитный аромат пищи, я вспомнила об утреннем завтраке и невольно загрустила… а трактир стал медленно таять, порыв ветра поднял меня вверх, и я оказалась за закрытой печатью прошлого.
Зона Надлома встретила голой черной землей. Я немного отстала от группы и быстро пошла вперед, стараясь чем-то заполнить душевную пустоту. Почему? Этот вопрос не давал покоя. Почему погиб этот чудесный древний город? Казалось, я могла целую вечность гулять по его улочкам, наслаждаясь неповторимой атмосферой. А еще больше хотелось спуститься к морю, оно манило, притягивало, но дверь закрылась. Раньше так бывало, когда я узнавала достаточно. А сейчас? Никогда прежде я не читала про этот богатый и хорошо укрепленный порт. Сколько еще городов стали тенями, преданными забвенью?
Прибрежная крепость звала обратно, в ней было что-то особенное, неведомое ранее. Хотелось подняться на вершину маяка и встречать прибывающие корабли, или, пробравшись на борт одного из них, слушать песни вольных ветров. А, может быть, я просто желала еще раз вдохнуть воздух, что пах забытой свободой.
Двери закрыты. Им безразличны просьбы и заверения. Я почувствовала легкую слабость и головокружение, но все равно нажала сильнее, навязывая свою волю. Мир потерял четкие очертания, не удержавшись на ногах от резкого толчка, я упала на каменную кладку.
В крепости царила ночь. Уже знакомая девушка неторопливо шла вдоль городской стены. Потом что-то заставило ее поежиться и ускорить шаг…